Крайтон с трудом проглотил эту наглость. Каков мерзавец! Еще гоношится, русская морда! А ведь его соотечественники сожгли всю планету! И этого человека Ричардс предлагает взять в группу? За какие заслуги? И почему он вообще так носится с этим русским, как курица с яйцом?
- Господа, предлагаю присесть, - Ричардс указал на старый деревянный столик с обрывками клеенки и скамьи рядом с ним. Он извлек из кармана кителя блестящий на солнце серебристый портсигар, - Угощайтесь, пожалуйста.
- Спасибо.
- Спасибо, сэр.
- Нет, сэр, я не курю. Благодарю вас.
Мужская компания затянулась сладковатым дымом. Они расселись так, что Ричардс оказался рядом с Тенгизом. На скамейке, где они сидели, больше не осталось места. Вторую скамью с другой стороны стола предлагалось делить Сергею и Крайтону.
Русский и американец не торопились садиться, застыв в нерешительности. Сергей затянулся табачным дымом. Американские сигарет из старых армейских запасов показались ему слишком слабыми, только щекотали гортань дымом, вызывая кашель.
- Присаживайтесь, господа. Господин Коростелев, как у вас дела? Как жена, как дети?
Полковник Ричардс хитро глядел на молодых людей. У Сергея почему-то возник в памяти советский актер Армен Джигарханян с его: «Проходи, мил человек, садись! Выпьем, закусим, о делах наших скорбных покалякаем!»
- Все в порядке, спасибо.
Сергей, косясь на Крайтона, все же присел. Командир «Дельты» сел рядом, позаботившись, чтобы между ним и Сергеем был как минимум метр. А Ричардс смотрел на них с усмешкой, как смотрит седой дядька на ссорящихся мальчишек. Это вообще было его любимым занятием, - сводить для выполнения одной задачи бывших врагов.
- Вам повезло, господа, - сказал Ричардс. – Капитан Крайтон является также командиром будущей экспедиционной группой, которая направится в Тбилиси. Для вас, как для кандидатов, это имеет первостепенное значение.
- Я хочу сразу подчеркнуть, полковник, - поднял указательный палец Сергей. – Я никуда не собираюсь. Я приехал поддержать своего друга, и ничего больше!
- «И слава богу!» - подумал Крайтон. – «Только русского медведя мне не хватало».
- Очень жаль, господин Коростелев, - На лице Ричардса появилась удрученная улыбка. – Мы рассчитывали на вас, как на ученого. Понимаете в чем дело, есть предположение, что в центральных районах Грузии климатические процессы приобрели непредсказуемый характер. Говорят, там образуются торнадо большой силы. Наши ребята с самолета видели одну такую воронку. Еле успели удрать. Ваша дипломная работа разве не была посвящена смерчам?
И про смерчи, и про авиаразведку Ричардс безбожно врал. Он знал про слабость Сергея и сейчас давил на нее всей силой своего убеждения.
- Но там не может быть смерчей! – запротестовал Сергей.
- Вот уж не знаю! – картинно развел руками Ричардс. – Мы надеялись, что вы раскроете природу этого феномена.
Сергей заколебался. Его, как ребенка, соблазняли большущей конфетой и целым днем развлечений в луна-парке. Самок противное, что он осознавал это и ничего не мог поделать с собой. Он проклинал тот день и час, когда откровенничал с хитрым полковником о своих научных изысканиях до войны.
А Ричардс продолжал «совращение невинной души»:
- К тому же премиальные… Плюс дополнительные выплаты за непосредственную работу дозиметриста и весьма внушительная награда, если вам удастся разгадать феномен загадочных торнадо. Вам, как семейному человеку, отцу двух детей, это, я думаю, немаловажно. И всего-то дел – прокатиться тридцать миль туда и обратно!
- «Черт побери!» - мысленно взбесился Крайтон. – «Наши ребята получат обычные выплаты и паек, ну, может, еще чуть-чуть, а этому русскому делают предложение, будто он – нобелевский лауреат! Неужели он действительно стоит так дорого?!»
- Давай, Серго, соглашайся! – подключился к «совращению» Тенгиз.
- А семья? – это был последний аргумент Сергея.
- За семью не беспокойтесь. В вашем поселке проживают несколько наших сограждан. Взять хотя бы Тома Джасперса. Он и приглядит. Лично распоряжусь. – У Ричардса сегодня был на все готов ответ.
Сергей раздумывал несколько минут. На одной чаше весов, - семья, дети, слезы Кетино в случае отъезда. На другой, - деньги для той же семьи, научный интерес, багровая рожа этого надутого спецназовца из чертовой «Дельты». Да и желание проучить жену. Цепи заскрипели, чаша медленно склонилась к полу, и…
- Ну, хорошо! – Сергей сорвал с головы кепку, швырнул на стол, будто проигравшийся в дым купец. – Согласен!
- Молодец, Серго! – завопил Тенгиз. – Я знал, что ты согласишься!
- Ну, вот и отлично! – довольно потер руки Ричардс. – В таком случае, направляйтесь в третий кабинет. Там вам все расскажут.
Когда Тенгиз и Сергей ушли в здание, Крайтон с недоумением взглянул на своего начальника:
- Сэр?! Я не понимаю, вы мне навязываете этого русского?!
- Не совсем. Он досрочно допускается до испытаний, так же как и второй, грузинский водитель. Вы испытаете его, как и остальных кандидатов, по вашей методике. Только не следует топить его лишь за то, что он русский.
