Столяров ничего не ответил, только вяло улыбнулся. Ответить ему было нечего.
В этот момент распахнулась дверь, и из здания вышли Сенцов, осетинские офицеры и сержант Гага. Сенцов что-то рассказывал им из своего боевого прошлого, вызывая всеобщий смех.
— Ну что, мужики?! — сказал седоусый десантник. — Пора по домам?
— Да уж… Насыщенный денек был!
— Дима, ты как? Плечо нормально?
— До свадьбы заживет, Николаич! — улыбнулся Столяров.
— На свадьбу-то пригласи, майор! — озорно рассмеялся Сенцов.
— Обязательно. Почтового голубя пришлем!
— Тогда давайте прощаться! Если что, обращайтесь. Мы, люди служивые, всегда друг друга поймем!
— До завтра! Завтра все равно на базаре увидимся!
Впервые за двадцать с лишним лет люди с российским триколором и грузинскими крестами пожимали друг другу руки, обнимались, улыбались. Столяров же подошел к молчаливому Гаге, протянул ему руку:
— Ну, до встречи. Спасибо за помощь, сержант! Как у вас говорят, гисурвэб царматэбас!
Гага помолчал. Посмотрел в глаза майору. Потом вздохнул, пожал ему руку и сказал:
— Щенц. Мадлобт дахмарэбисатвис!
— Чего он говорит? — спросил Столяров у Сергея.
— «И тебе удачи. Спасибо за помощь»!
Солнце клонилось к горизонту. Заканчивался второй день торговли. День тревожный, горький, но все же, немного добрый…
В небе над городом Хашури люди уже долгое время наблюдали кружение необычных летающих существ. В бинокль с крыши можно было увидеть, что эти существа имели длинные конечности, телосложение, отдаленно напоминающее человеческое. Но удивительнее всего было наличие у этих существ широких крыльев, напоминавших крылья летучих мышей.
Твари кружились по большому кругу над городом, будто высматривали кого-то. Люди на земле, задрав вверх головы, следили за непрошеными воздушными гостями. Резвившихся на улице детей матери на всякий случай уводили домой. Солдаты держали оружие наготове. Несколько американцев-военных забрались на крыши самых высоких зданий, кто-то из них уже прикидывал в уме расстояние до крылатых тварей, кто-то брал их на прицел.
— И как долго уже там эти красавцы? — спросил полковник Ричардс у стоявшего неподалеку капрала.
— Уже минут пятнадцать, сэр, — козырнул тот. — Они ничего не предпринимают, просто летают. Это какие-то мутанты, сэр.
— Капрал, найдите дежурного офицера, — распорядился Ричардс. — Всем быть готовыми к бою!
Он поднял глаза к небу, где кружились два крылатых чуда-юда. В этот момент он почувствовал, как его ладони касается женская рука. Он оглянулся. Мария, его секретарша и жена прижималась к его плечу, глядя на мужа испуганными глазами.
Спустя несколько минут к полковнику подошел темнокожий офицер с нашивкой Королевской Морской пехоты Великобритании.
— Майор Даррелл, сэр, — представился он.
— Майор, отдайте распоряжение уничтожить этих гадин, — приказал Ричардс. — Они опасны. То, что от них останется, доставьте в лабораторию.
— Есть, сэр.
— Пойдем, Мэри, тут без нас разберутся. — Полковник взял жену за руку.
Женщина испуганно всматривалась в небо. Пару минут спустя до земли донесся истошный рев, заставляющий сердце выпрыгивать из груди. А потом были два взрыва…
Первый брак Марио Ричардса не был удачен. Он женился уже в зрелом возрасте, когда за плечами уже осталась трехлетняя работа в Восточной Европе, а также командировки в Сербию и Ирак. Его женой еще в той, американской жизни, стала двадцатипятилетняя жительница Чикаго, у которой был собственный модельный бизнес. Однако семейная жизнь семейства Ричардс быстро пошла под откос. У его жены было два бога, — работа и независимость. Про детей в такой ситуации можно было даже не заикаться. Ричардс смирился с участью бездетного человека, тем более к тому моменту его карьера пошла в гору, и не за горами был перевод в Вашингтон. Но его супруге к тому моменту брак совершенно опостылел. Она злоупотребляла спиртным, пробовала и наркотики, и, по слухам, уже успела наставить Ричардсу рога. Но последней каплей стала добровольная операция по стерилизации, которую сделала себе жена.
Полковнику такая жизнь надоела, и однажды он поговорил с ней по-свойски. По старым обычаям, как делали его итальянские деды и прадеды. Жена тут же подала на него в суд, — в гражданский, — на развод, и в уголовный, обвинив мужа в систематических (!) избиениях. Судьей была женщина. Исходя из этого, полковник должен был отдать три четверти того, что скопил и заработал за годы безупречной службы. Общую сумму ущерба, вместе с моральным, суд оценил в полтора миллиона долларов! У его женушки губа была не дура! Плюс к тому, Ричардсу грозило до пяти лет тюрьмы, но тут помогли армейские адвокаты, и Ричардс остался на свободе.
Ричардс подал встречный иск, судебная тяжба обещала затянуться надолго. И тут судьба нанесла ему новый удар. Вследствие того, что история получила огласку, о ней писала пресса, Ричардса вместо желанного перевода в Вашингтон отправили в служебную командировку в Джорджию.
