На другой день, в полдень Николай вышел из дома и направился к дому Оли, чтобы пригласить ее искупаться вместе. Но неожиданно за плетнем их огорода перед ним нарисовался Васька Окунь с двумя дружками, Милаком и Кузьмой Гордеевым.
– Погоди, разговор есть, – крикнул Окунь и подошел к нему, сжав кулаки.
– Ну, говори.
– Куда топаешь? Небось к Ольге?
– А тебе какое дело, я не собираюсь тебе докладывать.
– Так вот, чтоб я тебя больше не видел рядом с ней. Она будет моей девушкой, тебе это понятно?
Николай ответил зло: «У тебя забыл спросить, я как встречался с ней, так и буду встречаться, мы любим друг друга. А ты ей нужен, как собаке пятая нога». Окунь присвистнул, повернувшись к друзьям: «А, ты так ничего и не понял, как я вижу, придется пояснить, по-другому».
Он вцепился в рубаху Николая, между ними завязалась борьба. Николай был сильнее и решительнее Окуня и стал одолевать его, но тут вмешались его дружки. Они схватили Колю за ноги и повалили на траву. Васька водрузился сверху и стал наносить ему удары в лицо. Дружки скрутили ему руки.
Неизвестно, чем бы закончилась эта потасовка, но их увидела сестра Коли, Вера и побежала в дом с криком сообщить брату, что Николая за плетнем избивает компания ребят. Егор выскочил из хаты и в несколько шагов оказался возле них. Он отвесил оплеуху Окуню, тот быстро слетел с Николая и отлетел на несколько метров. Друзья его бросились наутек, видя разъяренного Егора.
– Что ж вы, мать вашу, втроем напали на одного. Да я вас! – в ярости крикнул Егор.
– А что он мою девушку отбивает? – проканючил Васька.
Николай встал с земли, по лицу его бежала кровь:
– А кто сказал, что она твоя?
Егор, отряхивая брата, сказал Ваське:
– А ты у девушки спросил, кто ей нужен, ты или Николай? А ты сразу драться, да дружков привел. Если ты хочешь разбираться на кулаках, то должен это делать один на один. Это будет по-мужски, понял меня?
Николай подошел вплотную к Окуню и спросил: «Ну что, будем один на один драться?».
Окунь посмотрел на него, потом на Егора, сначала вроде согласился, но потом передумал и бросился наутек, петляя следы, как заяц. При этом успел крикнуть: «Ну мы еще с тобой встретимся!».
Николай крикнул ему вдогонку:
– Подойди ко мне еще раз, я тебя в муку сотру! А сам пошел по пути к дому Ольги твердыми шагами. Оля, заметив кровоподтеки на его лице, спросила:
– Ты дрался? Хоть за правое дело?
– Да, дрался с Окунем за тебя, считаю, что за правое дело. Окунь сбежал, как трус.
– Ах, ты мой хороший, я знаю, что ты у меня самый сильный и самый смелый,
– она ласково обняла его и поцеловала.
С тех пор Васька не переходил дорогу Николаю, но обиду и злость затаил навсегда.
С того злополучного момента прошел год, Окунь оставил их в покое и ничто не омрачало счастье Николая и Ольги. Свою свадьбу они запланировали сыграть на Покров и в мелочах обдумывали вместе все детали сватовства и венчания в церкви. До этого момента оставалось несколько месяцев, но произошло страшное событие, которое в прах разбило все их планы жизни и счастья. Началась Великая Отечественная война, на их Родину напала Германия.
О начале войны Николай узнал, когда ходил в ночное. Оля иногда отпускала его с друзьями и, смеясь, говорила: «Гуляй, Коленька, пока не женатый, поженимся – будем всегда вместе». В эту ночь на 22 июня 1941 года, когда только что взошло раннее солнце и рассеялся туман над лугами, к стойбищу, где еще спали ребята, прискакал конюх Бендас и закричал:
– Эй молодцы, – кружа на жеребце, кричал он, – плохую новость я принес! Пока враг не затоптал вас, быстрее вставайте!
Андрей Коршунов подавил дремоту первый:
– Ты что кричишь, как старый мерин? – разозлился он на конюха. – Кто нас стопчет, что ты несешь?
– Кто, кто! Война началась, немцы напали на нашу Родину, я не шучу с вами, хлопцы.
Все быстро вскочили на коней и помчались в село, чтобы узнать страшную новость. В селе их ждали большие события…
С первых дней войны всех мужчин молодого и среднего возраста активно призывали на фронт. Из семьи Николая в самом начале войны призвали отца Никиту. Отец ушел тихо и незаметно, он недолюбливал лобзаний, слез еще с времен гражданской войны. Обнял и поцеловал девчонок, Клаву и Веру: «Смотрите мне, чтобы слушали маму во всем». Приобнял сыновей со словами: «Будьте мужчинами в доме, на ваши плечи ложится все хозяйство». Ткнул в бок Колю: «Ну что гоп-треп калошами… Смотри за лошадьми мне тут». В самом конце обнял жену, утирающую горькие прощальные слезы:
– Писать буду, обещаю вам, но не часто. Да и некогда будет расписывать, надо бить немца, чтобы быстрее выгнать его с нашей земли.
Закинув вещмешок за плечи, он исчез вдали, помаячив спиной еще несколько минут.
