Вечером, постелив бушлат на траве, друзья присели поужинать. Отметили Победу в сегодняшнем бою, вспомнили былое, шутили, смеялись. Вспомнили и сегодняшний случай, как Степанчук спас их обоих от шальной пули немца в конце боя.
Степанчук пошутил: «Так что помни, русак, своих друзей хохлов». Проходивший мимо старый боец-артиллерист заметил: «Русак, хохол, – ребята, это без разницы, мы все – одно целое и Победа у нас одна на всех!».
На прощанье Николай и Иван обнялись, распрощались, пожелали друг другу мирной жизни и счастья.
Утром, проснувшись, Николай позавтракал и отпросился у командира, чтобы сходить на позиции, где вчера проходил последний бой.
– Зачем тебе туда идти? – спросил командир.
– Хочу посмотреть результаты стрельбы из нашего орудия, как мы сбили башни с танков, как метко мы стреляли.
– Хорошо, иди, но будь осторожен!
Он отправился прямиком через лесок к месту вчерашнего боя. Кругом стояла непривычная тишина, в воздухе чувствовался запах гари. Стоял конец мая, щебетали птицы, зацветали весенние цветы.
И вот перед глазами Николая открылась линия обороны эсэсовцев, место вчерашнего боя. Вечером, когда кончился бой и большинство немцев сдались, трудно было что-то разглядеть и понять, все скрыла ночная темнота. А сейчас было еще очень рано, и нога человека не ступала на место боевых действий. Картина была ужасающая, лежало очень много погибших солдат с обоих сторон. Кругом стояла тишина, и от этой тишины брала оторопь.
Здесь Николай увидел идущего к нему Ивана Степанчука. Они поприветствовали друг друга, и Степанчук сказал:
– Я подумал, вот ты, Николай, обязательно придешь считать немцев, захочешь, как и я, посмотреть на поле боя днем. – Он был настроен на шутливый лад. – Давай побачим поле боя вместе.
Степанюк шутканул: «Я тут одного фашиста побачив, под елкой без штанов, погляди, его отсюда видно». Они увидели невдалеке под елкой лежавшего немца с автоматом. Но, что самое интересное, с него упали штаны, и он светил голой жопой, как луна в ясную ночь.
Николай тоже пошутил: «А может, от натуженной злобы у него лопнул ремень и упали штаны? Но автомат так и не бросил, чтобы застегнуть штаны».
Они оба засмеялись. Но тут их внимание привлекло одно интересное событие. Мирные жители поселка повылазили из своих укрытий и стали жить своей повседневной жизнью. Непоседливые детишки выбегали на траншеи, подвергая свои жизни опасности, ведь кругом все было напичкано оружием. Николай прислушался, о чем говорят люди, говорили на русском и латышском языках. Также он заметил, что некоторые пацаны, что постарше, подходят к трупам немцев и переворачивают их, труппы русских они не трогают, понимают, что за это им влетит от русских. Откручивали значки, кресты, снимали часы, если попадалась банка тушенки, хлеб, забирали себе.
Но, в основном, они срезали погоны с гимнастерок немцев и прибивали их на дверь, которую прислонили к дереву. Каждый старался срезать побольше погон, устроили соревнование между собой. Николай спросил у мальчишек, зачем они это делают.
– А просто так, они много плохого нам сделали, отнимали еду, хотя ее самим не хватало, говорили, что потом отдадут, когда победят. – Они рассуждали по-взрослому, война их научила этому.
Откуда ни возьмись, появилась женщина и визгливым голосом, сверкая глазами, заорала на пацанов:
– Алдис, Алексей, а ну ка по домам! Вам что, жить надоело, здесь столько оружия, танков!
Один непослушный пацан показал ей на пальцах козу, и все засмеялись.
– Ах вы, паршивцы, ты еще дерзишь мне!
Но пацаны не стали ждать ее наказания и со смехом разбежались по сторонам.
– Вот шалопаи, – возмутился Иван, – не понимают, что со смертью играют. Пацаны-то пацаны, но ребятки с умом это делают, посрезали погоны, забрали все знаки отличия и значки, то есть лишили их всех званий и достоинств. На том свете они им не нужны будут! – Иван даже похвалил пацанов за эти безобидные действия.
Николай с Иваном продолжили осмотр места сражения. Взгляд Николая остановился на убитом немецком офицере. Он подошел поближе присмотрелся к его рангу, на вид ему было лет 40, рыжеволосый. Он лежал на спине, было видно, что выстрелил себе в висок из дамского пистолета, который лежал рядом. Это был дамский пистолет с перламутровой ручкой.
Тут же лежали карманные часы, выпавшие при падении из кармана. Николай показал Ивану: «Смотри, звание штурмбанфюрер, в чине майора».
Иван предложил Николаю поделить найденные трофеи. Степанчук взял себе пистолет, а Николаю подал карманные часы. Николай взял часы, нажал на кнопку, крышка с мелодичным звоном открылась, и он увидел циферблат с римскими цифрами. Часы были на серебряной цепочке, они показывали точное время.
