Долго бродили они так, любуясь красотой местности. Тан Ао не переставал удивляться и приходил в восторг от того, что журавли, олени и прочие звери и птицы спокойно подпускали к себе людей и даже позволяли им гладить себя.
– Помните, мы были с вами в Восточных горах, – обратился Тан Ао к До Цзю гуну. – Тогда я думал, что красивее тех гор нет в мире. А здесь, оказывается, что ни шаг, то неземной уголок. Эта буря как будто бы специально для меня разыгралась. Не может быть, чтобы среди такой красоты не обитали бы бессмертные. Само поведение зверей и птиц уже говорит об этом. А сосновые и кипарисовые орешки! Попробуйте их. Какой дивный запах остается во рту! И какое их множество здесь. А ведь именно ими питаются бессмертные.
– Здесь бесспорно красиво, – ответил До Цзю гун. – Но следовало бы подумать и о том, что скоро стемнеет. Как станем мы в темноте пробираться по этим тропам! Давайте вернемся, а завтра, если не стихнет ветер и нельзя будет отправляться дальше, придем сюда опять. Нам следует пораньше вернуться еще и потому, что болен Линь Чжи-ян.
Тан Ао послушно двинулся в обратный путь, но, очарованный окружающим, он был не в силах совладать с собой и то и дело оглядывался по сторонам и останавливался.
– Дорогой друг мой! – не выдержал наконец До Цзю гун. – Когда же мы этак доберемся! Да и как мы сумеем спуститься с этих гор, если наступят сумерки.
– Скажу вам откровенно, почтенный Цзю гун, как только я поднялся на эти горы, во мне не только умерли мысли о богатстве или славе, но я еще и осознал, что в мире все тленно. И если сейчас я так неохотно следую за вами, то это только потому, что у меня нет никакого желания возвращаться в тот суетный мир.
В ответ на это До Цзю гун рассмеялся и сказал:
– Я слышал, что, увлекаясь какой-либо книгой, люди порой зачитываются до обалдения. А вы, я вижу, в конце концов догуляетесь до обалдения. Бросьте шутить и идемте скорей.
Тан Ао не обращал никакого внимания на замечания своего спутника и продолжал любоваться видами леса и гор. Вдруг навстречу им выскочила белая обезьянка, очень красивая, вся в красных пятнах, с красными глазками, ростом не более двух чи. В руках у нее был гриб лилового цвета.
– Да это, должно быть, чудодейственный гриб, – сказал До Цзю гун, – давайте поймаем обезьянку, отнимем у нее гриб и съедим его.
Тан Ао кивнул в знак согласия, и оба они бросились к обезьянке. Когда они были уже совсем рядом и протянули руки, чтобы схватить ее, она отскочила в сторону. Так повторялось несколько раз подряд, пока обезьянка не отбежала далеко от дороги и не забилась в пещеру. Здесь Тан Ао без всякого труда поймал ее и отнял гриб. Это оказался действительно волшебный гриб, и Тан Ао вместе с Цзю гуном съели его. Цзю гун был очень доволен такой удачей. Он схватил обезьянку на руки и, крепко прижимая ее к груди, вместе с Тан Ао стал спускаться с горы.
Когда они вернулись на джонку, Линь Чжи-ян уже давно спал. Девушки начали играть с обезьянкой, а Тан Ао, поужинав, стал собирать свой дорожный мешок.
На следующий день ветер переменился. Все готовились к отплытию. Но Тан Ао, ушедший в горы еще ранним утром, все не возвращался. К вечеру жена Линь Чжи-яна не на шутку забеспокоилась. Встревожился и Линь Чжи-ян, до сих пор ничего не знавший об этом. На следующий день он послал людей на розыски, но Тан Ао нигде не нашли. Тогда Линь Чжи-ян, больной, поднялся с постели и сам отправился разыскивать зятя. Поиски длились несколько дней, но и следа Тан Ао не было найдено.
– Советую вам не искать его больше, вряд ли он вернется, – сказал наконец До Цзю гун и поведал Линь Чжи-яну о том, в каком настроении пребывал Тан Ао во время прогулки в горах, напомнил о том, как Тан Ао не раз говорил об уходе от мира, как готовил себя к жизни иной и не раз вкушал чудодейственные растения. До Цзю гун припомнил также Линь Чжи-яну его удивительный сон в царстве Женщин и слова чиновника из страны Людей с раздвоенными языками о том, что есть в мире великий бессмертный по имени Тан.
– Да и вообще, – сказал в заключение До Цзю гун, – наше путешествие для почтенного Тан Ао было лишь предлогом. В действительности же он, видно, давно думал о пути к совершенству. Жаль только, что он ушел, не сказав об этом ни слова. Думаю, что искать его бесполезно.
