И мне есть с чем сравнивать приходилось подниматься туда, во время пути «Рианны» из Бремена в Порту-Бенге. И не то,чтоб дорога наверх, внутри раскалённой огнём солнца железной печки зафрахтованного Агентством «либерти», загнанного своим нынешним владельцем (Какой-то конторой, что через множество рук, навреняка, принадлежала всё тому же Агентству) на «Бремер -Вулканн» для корпусных работ, что ходил за свою историю за под десятками, - в том числе и фальшивых, - флагов была мне в радость. Тогда, если честно, мне вообще не хотелось вставать с койки, но делать было нечего.Ведь речь шла, не много, ни мало, о замечательной покупке, сделанной Агентством практически законно - и речь касалась в первую очередь меня.
Поскольку о возможности купить у генералов Европейского Альянса то,что им не нужно - но то,что может быть использовано в его нелёгком труде Агентством Глубоководных Трубоукладочных Работ не было, моё присутствие на мостике было необходимо - чтобы контролировать поведение нашего капитана, придавать ему мужества, если хотите - пока американский эсминец не скрылся из виду.
Формально, всё было сделано так,что лучше и желать нельзя. Сами орудия были доставленны на «Бремер- Вулканн» для разрезки, как и сказал Айк,развивший через неделю после учений, необычайно бурную деятельность. Интендант спешил всё закончить..
Контора, которой принадлежал наш «либерти», получила, очень кстати, выгодный фрахт от Агентства на перевозку тяжёлой техники(Спешно перекрашенные, уже на борту судна грузовики) и трубы для очередного опреснительного завода. Трубы были самые настоящие. Качественные. И это всё - поверх Можно постучать - и они отзовутся звоном. Аванс позволил оплатить работы на «Бремер -Вулканн»
«Рианна» была старым загнанным военным конём. Траспортник постройки 44-го года, имевший официальный флаг Нидерландов и антверпенскую приписку. Поэтому не было ничего необычного в том, что ослабленный качкой и постоянными перегрузами потрескавшийся древний корпус требовал хотябы небольшого ремонта. Более того, корпусные работы пришлось проводить на самом деле - и без дураков, раз на это судно предстояло , вместе с трубами, погрузить кучу оружия. И что куда важнее - две огромные пушки на станках. Дело даже не только в том, чтоб облегчить выгрузку в Лозанго, на «Бремере» практически срезали часть палуб. Никто не хотел рисковать грузом этого корабля, да и рисковать утонуть сам, если уж на то пошло - просто потому что потрескавшаяся обшивка пошла бы к чёрту посреди Атлантики. И, конечно же, работы обошлись много дороже, чем официальная плата.
Тут снова помог Айк, разбросав полученные курьером дополнительные деньги, которые Агентство никак не могло перечислить официально, по мелким контрактам на латание каких-то десантных барж Рейнского Речного Патруля. На самом деле, эти посудины подлежали скорой замене - так что, их можно вообще не выполнять. Через пару лет никто вообще не скажет -хорошо или плохо их отремонтировала «Бремер». Возможно, что верфи даже получат ещё один контракт на эти баржи - уже на разрезку. Под эти баржи, как я понял, Айк и его подручные списали уже много чего - и деньги Агентства далеко не первое. И, наверняка, не последнее. И уж будьте спокойны - он и с этого поимел свои дополнительные комиссионные...
Снятое покрытие палуб и мощные краны даже облегчило погрузку этих древних артиллерийских ящеров на самые нижние палубы. Конечно не только подальше от любопытных глаз - но и потому что орудия на станке, каждое по сорок с лишним тонн веса. Даже если бы их удалось надёжно принайтовать на палубе и даже если бы сам Бог пообещал мне ,что они не сорвутся за борт при любой качке(Чему бы я не поверил), снеся по дороге в пучину в всё что окажется на их пути - их бы всё равно разместили внизу. Такой большой вес на верхней палубе, в любом случае был нежелателен, а брызги и лишняя солёная влага никак бы не увеличили срок службы -несмотря на янтарно блестевшее пушечное сало.
Приведённые в походное положение, они не так внушали, как на Графенвёр - стволами, рычащими прямо в небеса. Оттянутые сквозь цилиндр кожуха огромные трубы, практически сливались с массивной рамой. Они таились, спали меж двух толстых как лобовая броня танка металлических треугольников Они именно та причина по которой я возвращался из холодной как застывшее баранье сало Европы туда, где кипит настоящая жизнь на этой посудине, а не, как обычно, на «Констеллейшен» из Тилбурга или Кобленца- через Алжир, до аэродрома в Лозанго.
Это было против всяких правил, но я всё же пробрался через лабиринты металлолома , бочек - и смотрел как они, опутанные огромных тросами и подвешенные на гигантских крючьях , скользят над моей головой. Ради этого момента, я и терпел Айка -и ему подобных. Ради него -я плохо спал в этой похожей на остывшее баранье сало Германии, ощущая себя на утро извалявшимся в какой-то липкой пакости.
А Капелька ещё ругал меня тогда за виски и баб... Тебя бы на моё место!
Но это уже всё позади.
Вот оно!
- Его могучий гром доселе был неведом никому. Жестокое оружие!