Может быть тишина и стены, покрытые истлевшими коврами в которых тонули звуки шагов - и высокие потолки настраивала на определённый лад и поэтому мальчики вели себя тихо.
Может это их и спасло. Потому что, когда они вошли в очередную комнату -точнее,огромный зал, стены у которого состояли из мутных, покрытых пылью зеркал.
Посреди зала, отражаясь лежал Кровяной Иисус.Такой же громадный, как и в приютской церкви -только насосавшийся с крови и смогший слезть с креста.
Должно быть, именно поэтому место и опустело. Когда Кровяной стал достаточно силен, он просто перебил тут всех.
Сердечко Малыша стучало так громко,что его можно было услышать даже на улице.
Остальные мальчишки не узнали это тварь, а Малыш сразу понял - кто он. Только они с Мануэлем знали...
Время застыло над древней тварью и перепуталось ещё сильнее...
Приют располагался в старом доминиканская монастыре. Когда-то давно, это была богатая обитель, основанная во времена завоевания Юкатана, обнесённая стенами, на чьих землях гнули спину множество работников. Но дни её славы давно прошли. Монахи вернулись в Испанию или разбежались по другим монастырям. Брат-эконом захлопнул тяжелую книгу и чернила в его чернильнице высохли под жарким мексиканским солнцем, земли перешли во владение богачей... Словом, от былого только и уцелело, что бывший дормиторий -задание старинное, времён испанского завоевания, с толстыми стенами, коническими сводами и небольшая церквушка, позднейшая пристройка
- ... римский полковник зарубил его. После чего выбросил изрубленный труп в ров, на поживу голодным иерусалимским собакам.
Так говорил старший, Мануэль, сидя на полу около рядов кроватей.
..- Только даже собаки, которых евреи скупились кормить -мол, голоднее, злее будут,- продолжал он, - Не стали жрать желтый труп Кровящего. Даже отрубленную голову и ладони не стали. А ночью, каждая отрубленная рука, каждая часть тела поползла - загребая песок и глину. Так появились они - лепились любой к человеческой мертвечине, собирались в подобие тела…
