Прилагая усилия для сдерживания улыбки, Филлин вытащил из кобуры бластер Ю-4 "Козырь". Не глядя, он снял его с предохранителя и поставил его в положение "на тройку". Двадцать пятимиллиметровых патронов с голубовато-сизыми гильзами и тёмно-жёлтыми наконечниками пуль, изготовляемых на фортуновских оружейных промзонах, уже сидели внутри, образуя максимально допускаемый боезапас. Дополнительных патронов у Филлина не было. А тем временем трёхмерное пространство перед его глазами заметно сгущалось. Головной мозг Филлина, подавляемый нейроблокаторами, призывал последнего произвести процесс дефекации прямо сейчас и дико заржать, потому как происходящее перед на его глазах было абсолютно неестественно. Спинной мозг реальности не замечал и, напротив, готовился среагировать на возникшую угрозу.
Филлин схватил бластер двумя руками. На ум почему-то пришёл Узелков, с бластером в каждой руке. Он с двух рук стрелял по мишеням на изокопском полигоне, словно какой-то наёмный клон-убийца. "Сможешь повторить, Каффтан?" "Нет, Узелок.", отвечает Филлин. "К чему эргономика и компактность, если всё равно ты будешь держать эту байду двумя руками, как какой-нибудь рэйглан?", возмущается Узелков. Софья подносит кружку дымящегося чая к губам, смотря на обсуждающих какую-то бессмысленность мужчин. Её розовый шарф с блёстками весь засыпало снежной крупой.
– Эргономика, компактность, – повторил свои слова вслух Филлин, всматриваясь и целясь в приближающийся горизонт. – Всё это радости для недалёкой солдатни и охранников, Богдан. Как и всё энергетическое оружие. Главное – это универсальность. Универсальность во всём.
Он заметил, что произносит всё это вслух, и лёгким движением воли заставил себя умолкнуть. Юмор отходил. Оставалась радость за то, что в составе пуль для "высокого" огнестрельного оружия с 7685 года были мезомагнитные сплавы. Спасибо постановлению коалиционного правительства, после того как СГБ на Шайперфиме обнаружила целое семейство обитательниц, за несколько тысяч километров от Сватрофана. Спустя несколько десятков лет. Мезомагнита в составе бластерных пуль было всего процентов пять-десять. Может и больше, – Филлин не знал точной цифры. Это негативно сказалось на боевых характеристиках боеприпасов, но позволяло наносить хоть какие-нибудь повреждения безмозглым остаткам прошлого. Если уже повезло с ними столкнуться.
Обитательницы-изгои, хоть и имели много общего с сорняками, но истреблялись достаточно эффектино, чтобы к настоящему времени вымереть окончательно. А самое главное – они не могли сбивать воздушный транспорт. С этими мыслями Филлин рванулся навстречу подошедшему вплотную горизонту. Последний сдвинулся вместе с наблюдателем, но тут же поплыл. То ли нейроблокаторы начали действовать на происходящее, то ли противник устал играться с Филлином. Тот кружился, мёртвой хваткой стискивая бластер. В памяти всплыли слова какой-то песни. "Looking for a sign, numb the mind on recycled time. Buried in the memory, island deep. Wolf is at your feet, and suddenly..." Филлин почувствовал шевеление волос на своих руках.
Совершенно близко, в нескольких метрах, на фоне размытого исковерканного горизонта возникла фигура. Силуэт приобрёл знакомую Филлину форму. Филлин без задней мысли нажал на спусковой крючок, рванувшись влево. Пространства для манёвра практически не было. Полная хватка скомпенсировала отдачу. Три трассировочных заряда, переливаясь синим, оранжевым и розовым, прошли сквозь полупрозрачное тело Лжека.
– Снова ты? – с нечеловечески идиотской ухмылкой спросил Филлин. Наступала вторая стадия побочного действия нейроблокаторов.
Возникший из ниоткуда полупрозрачный межпространственный хищник не дал ответа. Он смотрел на Филлина немигающими глазами. Обе его ладони были широко раскрыты и повёрнуты внутренней стороной к Филлину. Десятипроцентный мезомагнит в трёх экземплярах не произвёл на него никакого эффекта. Щекотка обволакивала череп Филлина. Это было практически приятно.
– Так вот ты куда сбежал! – рявкнул Филлин, целясь чуть ниже головы своего давнего знакомого и сжимая указательными пальцами спусковой крючок бластера.
Зловещего вида лицо Лжека внезапно приняло более осмысленную форму. В его глазах мелькнул крохотный огонёк сознания. Это всё, что успел заметить Филлин, прежде чем горизонт перевернулся на несколько десятков градусов влево, а полупрозрачный силуэт уплыл вверх. Он машинально направил бластер вправо и выстрелил три раза. Приглушённые звуки выстрелов, похожие на короткие скрипы лезвия точёного ножа по железу, внезапно стали громкими. "Three clicks to midnight, who's it gonna be...", раздалось в ухе Филлина. Всю правую сторону его тела окатила волна панической боли, словно бы стреляли в него самого. На самом деле так и было, – в каком-то безумном, невиданном доселе смысле.