Мы долго спорили с Ортисом о семейных вопросах. Он случайно узнал, что у меня две жены, сказал, что это ужасный грех, и что если я хочу спасти свою душу, то должен отказаться от одной из них. Я сказал, что у христиан тоже бывает по несколько жён. Он объяснил мне, что это не так. Христианин, оказывается, должен иметь только одну жену и хранить ей верность, но поскольку люди поражены первородным грехом, обычно они это не соблюдают, и потому церковь в милосердии своём их прощает. Но почему христианину простительно предаваться любви с развратной женщиной, в том числе за деньги или брать женщин силой, но при этом непростительно иметь нескольких жён, я так и не понял. Кое в чём он, похоже, прав. Мы, наверное, зря отступили от заветов Манко Капака, говорившего, что у человека должна быть только одна жена, порой это действительно вызывает проблемы, но что сделано, то сделано, и отказаться теперь от одной из своих жён с моей стороны было бы уже нечестно. Меня ужасает то, что христиане могут бросить женщину и прижитых от неё детей на произвол судьбы, нисколько не волнуясь о том, что из тех могут вырасти озлобленные на весь мир преступники.
Ортис согласился с моими доводами, однако сказал, что христианский идеал много выше того, что они делают на практике. Не понимаю, какой толк от идеала, который никто не собирается воплощать в жизнь. Или им кажется, что достаточно иметь его в душе, и он тогда сам собой воплотится на земле? Они, впрочем, привычны к тому, что надо ждать долго, не одно поколение, ведь их Христос обещал вернуться 15 столетий назад, но до сих пор не вернулся. Ясно одно, раз он не возвращается, то причины у него к этому должны быть уважительные.
Прочитав последнюю фразу, Заря не могла понять, всерьёз это было написано или с иронией.
