-- Ты что? -- спросил вконец опешивший бывший монах.
-- Проверяю, видишь ты меня или нет. Или ты меня не признал? Я же Прекрасная Лилия, ты у нас дома ночевал, тебя отец в гости приводил. Почему же ты теперь не подходишь и не здороваешься?
-- Я не знаю, как надо разговаривать с принцессой, -- ответил покрасневший юноша.
Лилия надула губки, показывая лёгкую обиду:
-- Принцесса?! Да какое это имеет значение? Пока меня ещё замуж не выдают, а требуют учить эту растреклятую латынь. А меня уже достало за каждым вторым словом в словарь лазать! -- глянув на книги на столе, она сказала, -- даже геометрия много проще.
Золотой Подсолнух подумал, что это зависит от точки зрения, но лишь сказал:
-- Хочешь, я помогу тебе?
-- Давай! -- ответила она. Юноша в глубине души был доволен, что можно хоть временно отложить мозголомную математику, и пересел к ней за стол.
Практически все выписанные девушкой в столбик неизвестные слова из текста он знал без словаря, так что не успел он оглянуться, как работа была окончена.
-- Спасибо, -- сказала Лилия, -- без тебя бы ещё полдня сидела.
-- Да, мне латынь учить не надо, и больше времени на другие науки есть. Может, со временем я её даже преподавать начну.
-- А когда?
-- Не знаю. Но точно не в этом году.
-- Жалко, -- сказала Лилия со вздохом, -- а то у нас такая латинистка вредная...
Бывший монах со смущением подумал, что всё равно не смог бы преподавать у девушек. Привыкший отслеживать все свои греховные помыслы, он понял, что в нём постепенно пробуждается крепко спавшая до того юная плоть. И это только от того, что Лилия невзначай касалась его руками... А девушка от него отходить явно не желала, и искала предлог его не отпускать.
-- Хочешь, я тоже помогу тебе с геометрией? -- сказала она. Юноша не знал что ответить, очень хотелось согласиться, но... было страшно так или иначе оскандалиться. И в этот момент в библиотечный зал вошёл Золотое Перо.
-- Друзья уже собрались, а ты, я вижу, уже с девушкой познакомился?
-- Ну... -- сказал Золотой Подсолнух и зарделся. -- Лилия, я тут, ну в общем, я с ним идти должен.
-- Золотое Перо, можно я с вами пойду? -- спросила девушка. -- Или у вас чисто мужское сборище?
-- Можно, пошли.
Несчастный бывший монах понимал только то, что он ничего не понимает. Золотое Перо болтал с принцессой как с простой приятельницей!
В саду, прилегающем к библиотеке, на скамьях вокруг небольшого стола расположилось несколько юношей. Заблаговременно приготовившись к долгой беседе, они поставили на стол еду и напитки. Золотое Перо представил их, но бывший монах никого кроме Моро и Черношеего Лебедя не запомнил. Прекрасная Лилия как ни в чём не бывало обменялась приветствиями с юношами, а потом села за стол рядом с бывшим монахом, а поскольку места было не то чтобы много, он просто обалдел от того факта, что она сидит с ним вплотную, и никто не видит в этом ничего непристойного. Впрочем, вопросы быстро заставили забыть его о таких мелочах.
-- Ну, приступим, -- сказал Моро. -- Скажи, а правда ли инквизиция была создана изначально для того, чтобы искоренить науки и учёных людей? И что в Испании каждый год их на кострах жгут?
-- Это не совсем так, -- ответил бывший монах. -- Во-первых, в Испании учёных мужей не настолько много, чтобы их жечь каждый год, так что на кухне инквизиции учёный муж -- это не ежедневное блюдо, а редкое праздничное лакомство. Но если смотреть на это с точки зрения учёного человека, то да, его род занятий и в самом деле сопряжено с риском поджариться.
-- Но кого тогда жгут инквизиторы, если не учёных? -- спросил Лебедь. -- Может, ведьм?
-- А правда что монахи в качестве ведьм специально выбирают самых красивых женщин, и когда видят их горящими, этим удовлетворяют свою похоть? -- спросил какой-то из юношей.
-- Насчёт ведьм я не знаю точно, -- сказал Золотой Подсолнух, -- их жгут во многих христианских странах, но не в Испании, так как ещё до моего рождения один богослов доказал, что их не существует, и куда важнее борьба с настоящими врагами -- еретиками. Это было принято инквизиторами, так как еретиков в Испании довольно много. Но, насколько я знаю, за колдовство осуждают не только женщин, но и мужчин, хотя последних -- реже.
-- А почему в Испании так много еретиков?