Деньги, деньги! Почти все люди готовы удавиться за них!
Знаешь, я воришка,
Немного воришка,
Тебя я не обчищу, не волнуйся,
Но я, будучи грабителем,
Не брал и не беру монет.
Бижутерия, пища и аквариумные рыбки…
Я крал все на свете!
Но воровать деньги неинтересно:
Это то, чем в той или иной мере
Занимаются все вокруг,
Поэтому,
Когда мне нужны были финансы,
Я брал взаймы.
Симара: И не возвращал?
Де Рейв: И не возвращал!
Какая ты догадливая, свет мой!
Но тише!
Мы уже в погребе «Птичьего домика»,
И я, кажется, даже здесь слышу
Знакомые мне голоса.
Так трудно, не зная ничьего лица,
Путешествовать с тем,
Чья морда украшает все развешиваемые рыцарями и следователями плакаты,
Не так ли?
Позволишь мне в щелку двери поглядеть,
Чтобы узнать,
Встречу с кем нам на этот раз уготовил фатум?
Как тень накрывает холмы и лощины,
Так плащ Нана, прошмыгнувшего к двери,
Накрыл бочки с вином и пространство между ними.
В полутьме погреба,
Полного хмельного пара,
У Симары кружилась голова.
Привычный же Нан только иногда покашливал в кулак.
Теневые линии на полу и стенах,
Лишенные света Солнца или горящих свечей,
Обретали таинственные черты.
Нан пригнулся почти к самому полу
И, придерживая ноготком приоткрытую дверь,
Посмотрел на столы, лавки и деревянные стены «Птичьего домика»,
Хорошо ему знакомого.
Луч света оранжевой полосой,
В которой сверкал хитрый темный глаз,
Ложился на бледное лицо юноши.
Эта линия
Освещала и уголок дергавшихся губ.
Нан увидел заклейменную и приговоренную,
Ударявших по полу между лавками
Костылями и тросточками.
Заклейменная: Повязка на ослепших моих глазах —
То, в чем виновен предо мной Нан де Рейв!
Когда он повел нас с сестрицею к дому волшебника,
Он предложил нам подняться на черно-белую его башню,
А потом столкнул,
И шипы высохших розовых кустов
Пронзили мои глаза.
Усмехнувшийся Нан
Привстал и стукнулся затылком
О стоявший рядом с дверью дубовый стол.
Де Рейв: Вот дела!
Да она рассказывает историю принца Кальмана,
Упавшего с качелей в розовые заросли,
Никак не свою!
Симара, ты же была свидетелем!
Разве мог я столкнуть ее с башни?
Она же девушка!
Пекаря — мог, судью — мог, рыцаря — мог,
Звездочета, лесничего, любого пирата — всегда пожалуйста!
Но столкнуть девчонку с башни…
Да я же мужчина!
Я не беру орчих в плен, как воины Долины Кристальных Водопадов,
И не запираю гарпий в клетках, как приятели графа де Микелло.
Как можно сделать девочке больно?
Тяжело ступала
Перевязавшая здоровую ногу
Приговоренная.
Приговоренная: Подайте!
Погрузите хоть пару монет в шляпу,
Что в руках у моей сестры!
Поглядите, что сделал с нею и со мной
Нан де Рейв,
Злодей и чернокнижник!
Заманил он нас в башню мага,
А там
Химеры и жуткие звери,
Призванные его колдовством,
Напали на нас!
Де Рейв: Ну, держись, подруга!
Хотел я переждать,
Позволить тебе потешать публику,
Выдумывая про меня эти сказки,
Но никто не смеет говорить обо мне,
Что я вожусь с нечистой силой!
Я воровал, отравлял, топил корабли,
Обманывал, выкапывал чужие клады, уводил с чужих дворов лошадей, ослов и мулов,
