– Ха-ха! Что ты, Эв! Проще исколесить весь мир за сутки, чем женить этих людей! Да я и сам был таким когда-то… – он словно отогнал мысли и с лицом, полным простодушия продолжил. – Эта миледи сестра мистера Дэвидсона. Добрейшая душа! Вы с ней явно поладите.
Эвелин вопросительно посмотрела на брата.
– Думаешь, они задержатся?
– Понятия не имею. Что ж, узнаем. Тебя нужно непременно им представить! Достопочтенные люди!
К этому времени, все уже аплодировали оконченному первому танцу и своим партнерам. Музыка на время стихла, а Ленни и Эвелин неспешно подошли к Торндайку и его спутникам. Эв чувствовала нечто странное, приближаясь к этим особам. Пульс как будто участился, холод пробежал по ее телу и покрыл его легкой дрожью. Ей часто приходилось оказываться в подобной ситуации – заводить знакомства, однако именно в эту секунду ей отчего-то стало не по себе, это было абсолютно чужеродное ощущение. Этот мистер, который стоял в центре казался ей немного угрюмым и холодным. Он равнодушно смотрел на все происходящее, и ни разу его лицо не просияло одобрительной улыбкой. Все же, что-то доброе и сокровенное пряталось в этих черных глазах. Он стоял, заложив руки за спину, в то время как все дамы с неистовым желанием разглядывали этого мужчину с ног до головы. Да, он выглядел величественно: его плечи казались шире, чем плечи Торндайка и вообще всех мужчин в зале. Его лицо источало мудрость и задумчивость, при этом оно было невероятно привлекательным. Все его черты были правильными и благородными: прямой нос, очерченные скулы, в меру полные губы, но особенно зачаровывали его горящие глаза. Он показался Эв ни много ни мало скучающим, его лицо выражало какую-то глубокую думу, но и тень грусти порой проскальзывало по этому великолепному лицу. Дама, стоявшая по левую руку от него, создала благоприятное впечатление с первого взгляда. Эвелин пришла к заключению, что она самая красивая и элегантная особа этого вечера. Ее бледная кожа, черные, словно смоль, волосы, как у брата, тонкая фигура, покатые плечи, ее жемчуг и ее стать – все, каждая деталь прямо-таки голосила о ее благородном аристократичном происхождении. Она что-то шептала брату, а тот с особым вниманием слушал ее и утвердительно кивал в ответ. Мистер Торндайк в эту секунду приветствовал некоторых гостей, которые облепили его со всех сторон. Как вежливый хозяин он не мог не отдать дань всем пришедшим и не поблагодарить их за визит.
Когда Ленни, держа сестру под руку, подошел к заветной тройке, они стояли в стороне, все же ловя на себе любопытные взгляды. Как только Эви и Ленни приблизились, глаза троих обратились к ним, но только взгляд одного словно вывернул всю душу Эв. Глаза. Как много скрыто в этом зеркале души. Потаенные желания и страхи, игры разума и козни сердца. Они не способны лгать, они не способны утаивать, в них всегда кроются ответы на любые вопросы. Глаза – спутники кочующих странников, мечтающих найти ключ от заветной двери. Наверно, эти проводники нехотя выполняют обязанность справочника, в котором можно узнать ответы на интересующие вопросы. Но не стоит взваливать на них слишком много обязанностей. Глаза порой могут играть в некую игру, целью которой является выдать ложное за действительное, под силу подобные хитрости лишь опытным игрокам с чувствами.
Взгляд Дэвидсона был для Эви пронизывающим, колким, словно он ведал всеми тайнами ее души, словно ничто не способно скрыться от его умных глаз. Что-то щекотало в горле, а в ушах звенело так, будто кто-то бил в набат, а она стояла под куполом. Ей это не понравилось. И все это сотворил один взгляд?
– Добрый вечер, господа. – начал Ленни. – Рэдмонд! Замечательное торжество! Мистер Дэвидсон! Мисс Дэвидсон! Я безмерно рад видеть вас сегодня! Прошу вашему вниманию мою прелестную кузину, мисс Эвелин Кренингтон. Она гостит в нашем поместье каждое лето с самого юного возраста. Мы практически выросли вместе.
– Здравствуйте, Эвелин! – с невероятной приветливостью и искренностью, мисс Дэвидсон сделала реверанс и пожала ее руку. – Как я счастлива знакомству!
Мистер Торндайк был сегодня в более веселом расположении духа. Он элегантно выглядел, его голубые глаза выказывали восторг от собственного творения и от обстановки, в целом. Возможно, он играл хорошо отрепетированную роль, кто знает. Он взглянул на Эви, и никто не мог сравниться с ней в его глазах. Как шло ей это платье, как прелестно обрамляет ее шею и грудь это колье, как красивы и изящны ее руки. Теперь он мог рассмотреть ее прелестный ротик, похожий на бутон распустившегося пиона, ее светлую кожу, янтарь ее волос, изящный изгиб ее бровей. Что-то царственное было в этой девушке, недоступное всем остальным в этом зале и в этом мире. С какой грацией она двигалась, как держала спину и голову – все в ней казалось ему чем-то невероятно притягательным и утонченным. Много позже он сравнит Эви с глотком хорошего вина.
– Мисс Кренингтон, вы прекрасно выглядите. Не могу выразить насколько я ослеплен вашей красотой. – он поклонился и впился в нее глазами.
