Будто бы само время остановилось, будто бы какой-то древний бог замедлил всё, чтобы поговорить со мной — целую вечность в невесомости, крутящей меня по своей чудаковатой оси, я думал лишь об одном: «Мне нечем дышать». В какой-то момент даже мысли о смерти — даже они перестали казаться странными и перешли с плоскости вопросов: «Умру ли я?» — в вопросы о том, когда же это произойдёт.
Удар. Ещё удар. Несмотря на боль в спине и затылке, я ухватился за берег, прочерчиваемый моим телом, как за собственное боевое оружие. Скользящие пальцы медленно погружались в землю и, вместе с тем, съезжали дальше, пока моё тело уносило течением. Нельзя было упускать такой шанс. Просто нельзя было!
Вынырнув, я увидел, что меня уносило ещё от одного островка, что, получалось, был ниже по течению. Берег был буквально в шести футах от меня, но сила реки была настолько мощной, что любое лишнее движение ощущалось роковым. Не знаю, сколько я так и держался за то илистое дно, постепенно отдаляясь и нелепо перебирая то руками, а потом — и ногами, стараясь не теряться в расстоянии, но в конце концов из тумана показался знакомый мне силуэт — Теккейт, а за ним, почти спина-в-спину — Рональд.
— Держи меня! — крикнул Уэйну Тек и, подав руку, побежал в воду. — А ты хватайся!
То был хороший план. Да, точно. Для неуверенного в себе парнишки, выговаривающего даже не провокационные предложения очень осторожно и несмело, то был явно хороший план. Правда, одного он не учитывал: смотря тогда на руку, тянущуюся ко мне, я отчётливо понимал, что мне нужно будет совершить рывок и оттолкнуться земли — рискнуть всем, чтобы дотянуться.
— Давай уже! — прокричал Рональд, медленно соскальзывая по берегу.
Он был прав — нельзя было больше медлить. Вода уже была мне по глаза — цепляться руками я уже просто не мог, ноги скользили, а течение уносило всё дальше. Встав в позу для рывка, я совершил жалкий, по меркам обычных обстоятельств, выпад вперёд и, разгребая воду, рывком рванул к спасительной ладони. Секунда, другая…
— Есть! — услышал я из-за шума реки и ощутил на себе холодную, даже ледяную хватку. — Тащи давай!
— Я тебе сейчас, блядь, потащу! — натужено вымолвил Уэйн. — Командует так, будто весит всего двадцать фунтов!
Вцепившись крепче, я попытался встать ровно и медленно пойти вперёд, но меня всё время уносило, буквально подкидывая тело на верхний уровень воды и вертя его, словно оглушенную кильку.
— Не шевелись! — подтягивая к себе, прохрипел парень. — Хуже сделаешь!
Наверняка у него уже была такая ситуация, и не раз, ведь даже если исключить все те странности, что приключались с нами, то я бы всё равно не смог утверждать, что жизнь на Аляске была простой. Хотя… я ведь, наверняка, и десятой части от неё не видел. Вот уж действительно: чужак; турист.
В конце концов, буквально вытащив моё тело на берег, спасители, как один, повалились на пол. Ощутив под собой твёрдую почву, я, наконец, обрадовался тому, что смогу встать на ноги сам, но куда там — они меня просто не слушались. Там — на том маленьком островке, все мы напоминали троих рыбёшек, выброшенных на берег — просто валялись в грязи, дыша самым глубоким и сбитым ритмом.
А затем нас втроём пробрало на странный, очень измотанный смех. Несмело, по одному, но уже через минуту все мы смеялись, даже не видя на то причины. Человеческая природа не подразумевает длительного и сильного стресса, так что мозг всеми силами пытался найти повод сбавить давления. Вот так и получилось, что мы втроём, окружённые смертельно опасным туманом, духами на одном берегу и медведем-призраком на другом, лежали посреди небольшого островка спокойствия и, чуть не погибнув в реке, смеялись… Жизнь и вправду — странная штука.
— Эй! — раздался голос Сэма откуда-то севернее. — Как вы там?!
— Нормально! — то ли сорванным, то ли охрипшим голосом прокричал Рональд. — Но могли, суки, и помочь!
— Ага. А если бы я, побежав, упал со своей рукой? — эхом дошёл до нас голос Энтони. — Да и ты что… разуверился в себе, геолог?!
— Пошёл нахер!
Мы вновь рассмеялись, посматривая в сторону криков.
— Вы уже на берегу?!
— Нет! — откликнулся я, хотя крик и давался через боль в горле.
— Тогда давайте сюда! Мы на втором островке — проще будет пересечь берег от нас!
«Вот и отлично, — подумал тогда я, пытаясь подняться хотя бы на колени. — Выжил — нужно двигаться дальше. Тем более, что они уже…» — и дальше была словно пустота. Будто нить мысли, которую вёл, жадно оборвали у основания, забрав с собою клубок. Что-то было не так. Что-то точно было не так. Я оглянулся на Теккейта — ещё более бледного, чем раньше — и сразу всё понял: мы были на втором островке, а их было всего два. Поднявшись на ноги, я подбежал к берегу и, что было сил, закричал:
— Уходите оттуда! Бегите!
Но ответом мне были лишь тишина и шум реки. Убийственно громкий, перекрывающий всё шум. Они не могли того не слышать — слышали ведь все предыдущие мои слова, верно? Тогда почему же они молчали?
— Сэм, бегите оттуда! — повторил я, почти умоляя, но ответом вновь была тишина. — Сэм?!
