Витарр, оказавшийся уже за спиной Роксаны, при этих словах напряженно замер. Все происходящее упорно не укладывалось у него в голове. Да эта ведьма никак сошла с ума! Откуда в ней столько злобы и желания отомстить? Неужто в Адальоре всё и в самом деле зашло так далеко? Юноша с ужасом осознал, что и сам ощутил укор совести — перед глазами пронеслось все недоверие, вся отстраненность, с которой он относился к магам. Даже к самой Роксане, которую Ведьма, казалось, даже пыталась склонить на свою сторону…
— Так значит… Всё то время вы шли за нами, потому что подозревали… — вдруг судорожно вздохнула девушка, а голос её дрогнул от внезапного понимания.
— Что эльфы не исчезли бесследно? — леди Делорен презрительно фыркнула. — Мне это было очевидно с самого начала. Ни один народ не может исчезнуть с ухоженных плодородных земель, не оставив после себя ни единого воспоминания. Я знала — они ушли. Ушли в поисках лучшей жизни, в которой им не придется делиться могуществом или искусством с кем-то еще. Кем-то ленивым, неразумным и эгоистичным. Однако, думаю, пришло время подвинуться. Эльфы — не единственный народ, желающий жить в гармонии с собственной природой. Нам, чародеям, пора обособиться и создать собственную империю на землях, не отравленных нашей людской политикой и кровавым прошлым. Я пришла сюда не за тем, чтобы наказать тебя, Рокси. Я пришла за надеждой. За новым началом, которое смогла бы подарить всем девочкам сестринства… Всем магам, однажды отринутыми собственными семьями.
Голова Витарра кружилась. С каждым сказанным женщиной словом сердце в груди его вздрагивало от осознания, что она, а может, заодно и его родной отец, догадывались о существовании эльфов. Не говоря уже об Эване, который, пусть и не осознанно, всем своим естеством верил в древние легенды и сказки. Фэйрхолл, несмотря на всю опасность происходящего, вдруг почувствовал себя обманутым, преданным. Каково же, в таком случае, было Роксане? Юноша не мог видеть её лица, однако по спине его пробежали мурашки, стоило ему лишь представить ошеломленный взгляд девушки, её поникшие плечи и напряженную позу. Одна слабость, одно подобное замешательство — и магический щит рисковал в любой момент растаять… Но колдунья, к немало удивлению Витарра, вдруг произнесла с твердостью в голосе:
— Какой ценой? — спросила Роксана, и навеянная её волшебством аура вокруг них вспыхнула, точно в возмущении. — Ценой жизни других? Или думаете, что после такого вторжения эльфы примут нас на своих землях с радушным гостеприимством? Посмотрите, что вы сделали с ними! Они не хотели войны. Не хотели выяснять отношения с соседскими государствами… А в итоге, даже скрывшись подальше от всего остального мира, вынуждены будут снова бороться за спокойное существование! Прямо, как чародеи, которые и шага сделать не могут без одобрения правящего круга. И которые не получат шанса на новое начало, если пойдут тем же путем, что и предки!
— Значит, ты решила окончательно отвернуться от своих соратников? — ледяной и ядовитый голос Верховной ведьмы, казалось, пропитал все вокруг. — Неблагодарная и самовлюбленная! Быстро же ты позабыла доброту, оказанную тебе в детстве! Что ж… Не хочу больше тратить на тебя ни минуты времени, которое могла бы потратить на прилежных учениц. На кону стоит нечто большее, чем твоя жалкая жизнь. Пошла прочь с дороги, никчемная ты девчонка!
Магический щит вдруг содрогнулся от резкого удара и заколыхался, точно хрупкий мыльный пузырь. Роксана громко вскрикнула, однако продолжала держаться на ногах. Витарр, не смея терять больше ни секунды времени, энергично пополз дальше. Впереди уже мерцали солнечные края сферы, защищавшей их от усыпляющего тумана, и чем ближе они становились, тем сильнее нарастало отчаяние юноши. Они были всего лишь в одном крошечном шаге от проигрыша и, возможно, даже гибели, а Фэйрхоллу так и не попалось ничего, чем можно было бы остановить Ведьму. На магию Роксаны рассчитывать особо не приходилось — стоит ей развеять щит, как синий дым тут же окутает их, погружая в темноту и безмолвие. Переживут ли они подобное путешествие? Подумать об этом Витарр не успел — обыскивая очередные заросли, он вдруг нос к носу столкнулся с Эваном, про которого в пылу стычки успел даже позабыть. Взъерошенный библиотекарь сидел на земле, рассеянно осматриваясь вокруг, будто бы только что очнувшись от дурного сна и оказавшегося посреди гущи событий.
— Витарр… Что… Что происходит? — только и сумел вымолвить он побелевшими от ужаса губами, во все глаза глядя на синие и голубые всполохи тумана, так плотно обступившего защитную сферу, что та, казалось, вот-вот не выдержит натиска и лопнет.
— Некогда объяснять, — Фэйрхолл только покачал головой. Даже несмотря на происходящее, он был рад видеть, что Эван приходил в себя. Хотя облегчение, зародившееся в его душе, было каплей в море по сравнению с тяжестью, давившей на плечи непосильным грузом. — Но мы все в большой опасности. Тебе лучше укрыться где-нибудь, Эван. Спрячься хорошенько и беги, как только появится возможность.
