Однако гнев Фэйрхолла улёгся также быстро и внезапно, как и появился, стоило ему увидеть, кто стоял позади сгорбившегося, точно нахохлившаяся птица, Эвана. Он не сразу заметил, что в их маленький отряд затесались посторонние. Одетые в неброские зеленые и коричневые одежды, они не выделялись на фоне соснового бора, стоя неподвижно, как вытесанные из дерева статуи. Едва ли кто-то из них был выходцем из Крествуда, как и из самого герцогства Фэйр. Четверо незнакомцев, двое мужчин и двое женщин, были невысокими, тонкокостными и худощавыми, отчего походили на хрупкие стволики молодых деревьев. Длинные волосы их пестрели переплетениями кос, а острые угловатые лица казались обманчиво отчуждёнными — кем бы ни были странные местные, охотниками, исследователями или заблудшими в глушь дикарями, они явно заметили, что ещё один из путешественников пришёл в себя, и теперь пристально следили за всей их группой, ничем не выдавая себя.
Витарр напрягся, хмуря брови и медленно скользя взглядом по зажатому в руках чужаков оружию: по изящным изгибам луков и гладким лезвиям кинжалов-полумесяцев, по пёстрому оперению стрел, выглядывающих из-за узких плеч чужаков. А если учесть их численное превосходство, выводы напрашивались самые неутешительные. Фэйрхолл не помнил, как их маленькую группу окружили, как он сам потерял сознание и как получил рану, терзавшую его грудь острыми окровавленными зубами, однако в одном был уверен — никто из них, ни Роксана, ни Эван, ни он сам, не дали весомого повода для нападения. И от осознания этого во вспыльчивом юноше пробудилась ярость. Потрепала горячими ладонями по щекам, по-родственному и по-знакомому, обожгла дыханием затылок, а затем распространилась по всему телу, обвивая его огненной змеёй. Дрожащей рукой Витарр потянулся к ножнам на поясе, однако с ужасом обнаружил, что те оказались пусты — меч бесследно исчез.
Мимолетное движение солдата не осталось не замеченным. Один из незнакомцев тут же резко вскинул голову и что-то крикнул ему. Что-то, что Фэйрхолл не захотел или не смог разобрать то ли из-за тумана в голове, то ли из-за странного наречия чужака. Юноша нервно оглянулся, глядя на закусившую губу Роксану и поникшего Эвана, впавшего и вовсе в какую-то прострацию. Почему они молчали, смиренно ожидая своей участи? Почему позволили посторонним увести их и, что хуже, ранить своего товарища? От всего происходящего веяло абсурдом, заговором против наследника герцога.
— Эй, вы! — грубо окликнул Витарр охотников, начиная терять терпение. — Где мы находимся? И по какому праву вы наставляете на нас оружие?
Отвечать ему никто, похоже, не собирался. Незнакомцы даже не пошевелились и не повели бровью, лишь молча смотрели на своего пленника. Повисшая на поляне тишина угнетала и нервировала еще больше. Фэйрхолл откашлялся, громче повторил своей вопрос, а кулаки его рефлекторно сжимались, предвещая новое столкновение. Колдунья рядом зябко поёжилась, ниже опуская голову — чувствовала, как накалялась атмосфера вокруг них, однако на помощь не спешила. Эван что-то лишь тихо пробормотал, пряча усталый взгляд. Витарр недоуменно огляделся, крепче сцепляя зубы. Да что с ними всеми такое творилось?! Неужто оцепенели от страха?
Порядком разозлённый солдат попытался встать на ноги, однако стоило ему упереться коленями в землю, как он тут же повалился обратно, схватившись за грудь — острая вспышка боли вновь подкосила его, ударяя по рёбрам. Фэйрхолл судорожно выдохнул, зашипел сквозь зубы. Тело предавало его, в момент серьезной опасности выставляя перед врагами безоружным и беззащитным. Ладонь Роксаны вновь легла на его плечо, сжалась, будто бы девушка пыталась поддержать его. Губы Витарра скривились в грустной усмешке. Будто бы теперь это могло что-то изменить…
Сосредоточенный на собственных мыслях, он услышал чужие шаги слишком поздно — когда юноша вскинул голову, один из захватчиков подошёл уже совсем близко, удерживая лук наготове. Фэйрхолл с криком отшатнулся, выставил вперед сжатые кулаки руки, готовясь защищаться. Что бы ни взбрело в голову чужаку, он так просто не сдастся. Не позволит лишить себя свободы и воли по чужой прихоти. И если кто-то из лесных разбойников думает иначе, что ж… Им ещё предстоит жестоко пожалеть об этом.
