Витарр скосил глаза, наблюдая за уже опустившим руки эльфом. Тот медленно поднялся и, напоследок бросив взгляд на раненого пленника, отошёл к своим товарищам. Они вновь о чем-то заговорили друг с другом на понятным только им одним языке, то и дело посматривая в сторону непрошеных гостей. Юноша медленно выдохнул, опуская голову на холодную твердую землю. То, что чужаки пощадили его отряд, было настоящим везением. Однако кто знает, что взбредет им в голову через несколько минут? Вдруг они все же сочтут незнакомцев опасными и решат по-тихому с ними расправиться? Теперь, когда они слабы и растеряны, это им удастся проще простого.
— Они застали нас врасплох, — раздался над ухом Витарра тихий голос Роксаны, блеклый и растерянный от пережитого волнения. — Все произошло так быстро: ты, Эван… Я не успела никак помочь, не успела даже предупредить…
— Перестань, — юноша устало отмахнулся, стараясь скрыть раздражение, которым все еще сочился его голос. — Не твоя вина, что Эван решил не дожидаться нас и действовать в одиночку. И не твоя вина, что сейчас он строит из себя безумца, потерявшего связь с реальностью.
Слова солдата, очевидно слишком резкие, заставили девушку вздрогнуть и нахмуриться.
— Не говори так. Я понимаю, что ты расстроен, но…
— Расстроен? Да ты никак шутишь! — вспылил Витарр, приподнимаясь на локтях. От возмущения внутри у него все клокотало — гнев, за секунду разгоревшийся настоящим пожаром, так и грозил вырваться наружу. — Из-за его глупости я мог погибнуть! Не думал, что скажу это, но нам все еще повезло, что проход в пещере не заканчивался какой-нибудь пропастью, а местные дикари не прикончили нас прямо на месте!
— Все не так просто, Витарр. Ты и сам это видишь. Эти люди… Эльфы… Подумать только. Мне до сих пор кажется, что все произошедшее с нами — странный и неправдоподобный сон.
— Что ж, а дыра в моей груди вполне себе настоящая, — мрачно усмехнулся Фэйрхолл, невольно коснувшись свежей перевязи кончиками пальцев. Если бы незнакомцы хотели их убить, они бы и в самом деле сделали это. Но что же им помешало?
Подняв голову, юноша перевел взгляд на Эвана, сидевшего поодаль на земле и уткнувшегося лбом в собственные колени. Что-то он не слишком рад воссоединению с народом, легендами о котором зачитывался. Никак не может прийти в себя после потрясения? Злость все еще кипела в нем, побуждая Витарра вскочить и броситься к этому рыжеволосому крестьянину, чтобы встряхнуть его за плечи, привести в себя, заставить объяснить, что здесь, в конце концов, происходило. Фэйрхолл даже открыл было рот, чтобы грубо окликнуть спутника, но так и замер, пораженный неожиданным осознанием. Он так торопился обвинить во всем Эвана, с которым, казалось, только-только начал находить общий язык, что даже не задумался о том, что двигало им на самом деле. Не досада, как он подумал поначалу, и даже не вспыльчивость, свойственная еще молодому и импульсивному наследнику герцога, а страх.
Ослепленный яростью и острой болью, Витарр и не заметил, как зародившееся где-то внутри щемящее чувство крепло, глубже пускало корни и распространялось дальше, с каждой секундой накатывая все больше, точно ледяные морские волны. Юноша медленно сжал пальцы в кулак и огляделся по сторонам, на теряющуюся вдали полосу светлого песка и бесконечные древесные стволы, ощерившиеся за их спинами неприступной стеной. Путь назад, в королевство и в родное герцогство Фэйр, отныне был отрезан, а это место, чужое и незнакомое, таило опасности в виде безучастных остроухих охотников, будто бы сошедших со страниц старой детской сказки. Взгляд Витарра вновь изучающе скользнул по пестрому оперению их стрел и изящным изгибам луков, готовых в любой момент отозваться на прикосновения хозяев скрипом тетивы. Множество вопросов роилось в голове юноши, сбивая с толку и прогоняя последние остатки былой уверенности. Где они? Как оказались так далеко от Крествуда, проделав столь небольшой путь? И чего им, в конце концов, следовало ожидать от эльфов, сумевших выжить вопреки всем учебникам истории?
Неизвестность пугала Фэйрхолла, ровно, как и осознание его собственной беспомощности. Однако едва ли рабская покорность поможет им вырваться из плена. Витарр медленно выпрямился, поморщившись от короткой вспышки боли в районе груди, и принял сидячее положение. Он почувствовал, как притихшая рядом Роксана поспешно поддержала его за плечи, и слабо, но благодарно улыбнулся девушке. Юноше было стыдно перед ней — за то, что не смог защитить и заставил пройти через все то волнение, что она испытала за время экспедиции. Пусть она и была колдуньей, повидавшей за годы своей практики и не таких чудес, это никак не оправдывало Витарра, наплевавшего на чувства спутников и бросивших их наедине с проблемами вместо того, чтобы прийти на помощь, как и положено хорошему командиру. А он снова подвел их и отца, возложившего на него такое важное задание. Подвел в который раз…
