Он будто бы снова пребывал в сознании остроухого лучника, блуждая по окрестностям его родной страны: по ухоженным мощеным улочкам, поглядывающими на прохожих эльфов разноцветными виражными окнами, по окружающим дивный город садам с дендрариями и стеклянными оранжереями. По лесам и рощицам, опоясанных сверкающей лентой реки, и по золотистому пляжу, встречающемуся с пенистыми океанскими волнами, над которыми вдалеке то и дело можно было разглядеть огромное крылатое создание… И пускай путь в волшебный город был закрыт для Эвана, он засыпал умиротворенным. Роксана и Витарр о чем-то возбужденно переговаривались, но он уже их не слушал, мыслями все еще пребывая в чужих воспоминаниях. Ведь впереди у него обязательно будет новый день. День, когда он еще сможет доказать эльфам свои благие намерения и получить ответы на вопросы, мучившие его столь долгие годы.
Чем дальше, тем становилось страшнее. Страшнее от неизвестности, грозной тенью нависшей над ними, растерянными и беззащитными. Неизведанный мир погружался в дремоту: закатное солнце утопало в океанской глади, уступая верховенство на небе чернильным клубам сумерек, а вместе с ним, казалось, и уходили в бездонную синеву все надежды на благополучное возвращение. А ведь уже с самого начала их шансы были слишком малы… Особенно теперь, когда один из их надзирателей куда-то стремительно исчез — должно быть, отправился за подмогой, как язвительно заметил Витарр, мрачно переводя взгляд с одного эльфа на другого. Его слова отнюдь не подбодрили Роксану, зябко потирающую заледеневшие не то от волнения, не то от вечерней прохлады ладони. В голове её не укладывалось — как, ну как они умудрились влипнуть в такую историю, граничащую то ли со сказкой, то ли с самым настоящим кошмаром? Все ведь должно было быть совсем по-другому… Колдунья думала, что путешествие пойдет ей на пользу. Что она тихо-мирно доберется до Крествуда, где с помощью магии в два счета разберется с завалом, на который у крестьян ушли бы целые дни. Так Роксана произвела бы впечатление и возвысила магию в глазах всех окружающих, в том числе и наследника герцога Фэйрхолла, конечно же. А тот, может, глядишь и убедил бы своего отца помочь чародеям с обустройством ордена для всех и каждого, кто владеет колдовской силой. Разве девушка хотела столь многого? Лишь свободы, новых впечатлений, отдыха от осточертевших стен башни и, пожалуй, возможности наконец спокойно поразмыслить о том, чего она хочет на самом деле, для себя и для колдовского сестринства леди Делорен.
При мысли о наставнице Роксана невольно съежилась, как-то отстраненно касаясь пальцами прохладного серебряного медальона. На нее возложили важное задание, от исхода которого зависело благополучие их маленького ордена. И задание это колдунья, по всей видимости, уже успела провалить с треском. Чудо, если ей вообще удастся вернуться в белое поместье четы Делорен, не говоря уже о возможности впечатлить Витарра после всего произошедшего. Дела ордена теперь казались таким далекими, бессмысленными… Будто бы Роксана и не провела среди чародеек все свои осознанные годы. Будто бы не она однажды так мечтала лишь о том, чтобы жить с себе подобными, а не сталкиваться каждый день с ледяным отчуждением в глазах родных. Девушка тяжело вздохнула, украдкой наблюдая за наследником герцога, примостившимся по другую сторону от их спящего спутника. Не могла она сосредоточиться на долге и не терзаться переживаниями о товарищах — о раненом Витарре и Эване, пребывающем горячем бреду и изнурении.
— Вот, что я думаю… — вдруг раздался совсем рядом негромкий голос молодого Фэйрхолла. От неожиданности Роксана вздрогнула и повернулась к Витарру, заговорщически склонившемся ближе к ней. На реакцию державшихся чуть дальше от них эльфов девушка не взглянула. Боялась, как бы поведение спутника не вызвало у них подозрений — тому хватило уже одной метко пущенной стрелы, чтобы отказаться от новых безрассудств. Однако, стоило Витарру продолжить, колдунья тут же осознала свою ошибку.
— Сейчас их осталось трое, — изложил юноша, мельком окинув взглядом занятый ими клочок земли. — Тот, что подлечил меня, а затем проделал все эти чудачества с Эваном, наверняка ушел уже достаточно далеко. Остаются двое женщин и тот остроухий с луком. Вряд ли они такие уж сильные и непобедимые. Худощавые, в не самых тяжелых доспехах и без щитов… Если у парня не найдется где-нибудь припрятанного кинжала, будет несложно. Но действовать нужно быстро и слаженно. Давай, отвлеки их каким-нибудь своим магическим трюком, а я попробую обезоружить одного из остроухих. Если повезет, успею выхватить свой же меч, и уж тогда… Тогда мы успеем выиграть фору и сбежать.
