– Делай это, – прошептал Хальдор, его голос был как удар молнии, разрывающий её сомнения.
Сердце Астрид билось так громко, что она почти не слышала ничего вокруг. Её рука поднялась, и она сделала глубокий вдох, прежде чем опустить лезвие.
Нож прорезал кожу и мышцы, оставляя за собой глубокий рубец. Кровь брызнула, горячая и густая, окрашивая её руки и осколки камня под ногами. Звук был глухим, влажным, словно сама жизнь вырывалась из тела жертвы.
Коза вздрогнула, но вскоре замерла, её тело обмякло. Кровь продолжала литься, стекая по углублениям на алтаре в небольшой каменный резервуар. Запах металла и сырости стал невыносимым, проникая в нос, задерживаясь на губах.
Астрид смотрела на свои окровавленные руки, чувствуя, как её дыхание сбилось. Это был момент, когда её сознание, казалось, раздвоилось: одна часть кричала, что это неправильно, другая – что это нужно.
– Теперь чаша, – сказал Хальдор, подавая ей сосуд из тёмного камня.
Ее руки дрожали, когда она наклонилась к резервуару, чтобы зачерпнуть кровь. Она смотрела, как густая жидкость заполняет чашу, оставляя алые разводы на её внутренней поверхности.
Хальдор протянул ей небольшой сосуд с отваром, его взгляд был строгим.
– Добавь кровь.
Она медленно подняла чашу и влила её содержимое в отвар. Кровь смешалась с жидкостью, образуя спирали, которые казались живыми. Смесь начала источать слабый запах трав, смешанный с металлическим привкусом крови.
– Выпей, – сказал Хальдор, его голос стал тверже.
Астрид сжала чашу, ее пальцы оставили на камне кровавые следы. Она закрыла глаза и поднесла ее к губам. Жидкость была густой, тёплой, словно напоминала о её происхождении. Когда первый глоток коснулся ее языка, она почувствовала вкус железа и горьких трав, который, казалось, обжигал изнутри.
Ее тело напряглось, когда она допила до конца, чувствуя, как кровь смешивается с её собственной. Она опустила чашу, её дыхание было тяжёлым, а мир вокруг вдруг стал резче, громче.
Хальдор подошёл ближе, его рука легла на её плечо.
– Боги приняли твою жертву, – сказал он. – Но твое испытание только началось.
***Мир вокруг Астрид начал растворяться. Лес, алтарь, даже сам Хальдор – всё исчезло в густой, пульсирующей тьме. Казалось, её тело больше не принадлежало ей: лёгкость, почти невесомость, охватила её. Она не могла понять, стоит ли она, падает, или же летит в пустоте.
Звук. Сначала это был едва уловимый шёпот, словно шуршание листьев, но затем он усилился, становясь многоголосым, захватывающим. Шёпот становился громче, превращаясь в гул, который заполнял всё её существо.
Астрид открыла глаза, но перед ней был уже не лес. Она стояла в огромной пустоте, в которой небо и земля сливались в одно целое. Воздух здесь был густым, он напоминал вязкую жидкость, через которую она двигалась с трудом.
Внезапно перед ней появилась тень, сначала маленькая, как пятно на горизонте, но она быстро росла, разрастаясь до невероятных размеров. Это был бог, существо, чья форма была настолько чуждой, что её глаза не могли долго сосредотачиваться на деталях. Его тело напоминало изломанные силуэты деревьев, чьи ветви превратились в руки. Ноги, будто корни, уходили в бесконечную пустоту. Лицо… если это можно было назвать лицом, представляло собой огромную вертикальную трещину, из которой струился свет, обжигающий глаза. Оно было выше, чем самые высокие деревья, его голова упиралась в небо, словно сама земля была ему тесна.
Существо не издавало звуков, но его присутствие наполняло всё вокруг – каждый ее вдох, каждый стук сердца.
Она чувствовала его взгляд, хотя глаз у него не было. Это существо не смотрело на неё, оно прожигало её, проникая в самую глубину души.
Шепот стал громче, превращаясь в приказ, который нельзя было игнорировать.
«Доказательство… вера…»
Астрид пошатнулась, пытаясь удержаться на ногах. Она чувствовала, что должна сделать что-то, но не понимала, что именно.
И тут перед ней появилась фигура. Это была Сана. Ее лицо было почти таким же, каким Астрид его помнила, но взгляд был другим – холодным, будто в нём не осталось жизни.
– Сана… – прошептала Астрид, делая шаг к сестре.
Но Сана не ответила. Она стояла неподвижно, словно статуя, её взгляд был прикован к Астрид, но не выражал ничего.
Шепот вокруг усилился, слова становились чётче:
«Доказательство. Покажи. Прими.»
Астрид замерла. Её рука, дрожащая, потянулась к Сане.
– Это испытание, – прозвучал голос, но он не был человеческим. Это был голос, исходящий отовсюду. – Вера требует жертвы.
Ее пальцы коснулись Саны, и на мгновение перед её глазами пронеслись воспоминания: их смех, прогулки у озера, тайные разговоры. Но образ тут же исказился, превращаясь в нечто чуждое. Сана начала двигаться, её движения были резкими, неестественными, как у сломанной куклы. Она приблизилась к Астрид, и её губы начали шевелиться, но звук, который исходил, был лишь шепотом богов.
– Я… – попыталась сказать Астрид, но её голос дрогнул.
«Прими. Покажи.»