– Это не просто догадки, – Эллен сделала шаг вперед, но тут же остановилась, заметив, как Астрид отстранилась. – Пожалуйста, Астрид. Если ты хоть немного доверяешь своей сестре, выслушай нас. Она верила нам, верила, что когда придет время, доверишься и ты.
– Сане не нужны были ваши тайны, – отрезала Астрид. – Она просто хотела понять, почему всё так, как есть. Даже если ты не лжешь, вы заставили её поверить, что она сможет что-то изменить.
– Потому что это так, – хрипло заговорил малознакомый мужчина, шагнув вперёд. В свете луны его лицо выглядело усталым, морщины залегли так глубоко, что казалось, его черты были высечены в камне. – Но одной ей было не под силу. И одной тебе тоже. Поэтому мы и собираемся вместе, множим наши силы.
– Хватит! – Астрид вскрикнула, её голос разрезал ночную тишину, и она снова почувствовала, как окружающий лес будто напрягается, прислушиваясь. – Я не собираюсь становиться частью ваших безумных игр.
Эллен качнула головой, её взгляд стал твердым.
– Это не игры, Астрид. Это наше выживание. И ты знаешь это так же, как и мы. По глазам же вижу, что знаешь…
Женщина подошла ближе и, прежде чем девушка успела возразить, схватила ее за руку.
– Идем со мной, я покажу тебе. Мы не можем говорить здесь. У стен есть уши, а у деревьев и подавно.
Астрид хотела вырваться, но что-то в глазах Эллен остановило ее. Страх? Мольба? Или правда? Она не знала.
– Хорошо, – выдохнула она, чувствуя, как слабость охватывает ее тело. – Но если вы лжёте…
– Мы не лжем, – перебила Эллен, мягко, но решительно. – Просто идем.
Дом Эллен встретил их скрипом двери и слабым свечным светом. Обстановка была простой: деревянный стол с потёртыми краями, пара скамей и очаг, в котором догорали угли. Запах пыли и трав заполнил пространство, а тени плясали на стенах от пламени свечей.
Мужчина, по воспоминаниям Астрид это был местный пахарь, сел в дальнем углу, а совсем юный мальчишка прислонился к стене, наблюдая за Астрид с тихим напряжением. Эллен усадила её за стол, поставив перед ней чашку с тёплой водой.
– Мы не можем долго оставаться здесь, – начала Эллен, присаживаясь напротив. – Жрецы замечают больше, чем кажется.
– Если вы этого так боитесь, почему не молчите? Почему просто не прячетесь по углам подобно мышам? – резко ответила Астрид, отодвигая чашку.
– Потому что мы больше не можем молчать, – вмешался мужчина, не отрывая взгляда от огня в очаге. – Ты ведь тоже задаёшь вопросы, верно? Почему мы никогда не уходим за пределы леса? Почему люди приходят в деревню, но никогда не покидают ее, если не пропадают без вести? Откуда берутся все новые и новые люди без прошлого?
– Это глупости, – отрезала Астрид, но в её голосе не было уверенности.
Эллен подалась вперёд, её руки упёрлись в стол.
– Астрид, я видела это. Новые люди приходят ночью, через лес. Они всегда появляются, когда жрецы объявляют, что богам нужны новые души. Ты не замечала?
Астрид нахмурилась. Что-то подобное она действительно вспоминала. Но эти мысли разлетались, как дым, стоило ей сосредоточиться.
– Это просто совпадение, – сказала она, пытаясь найти уверенность.
– Сана не верила в совпадения, – мягко напомнила Эллен. – Она искала правду. И если ты хочешь найти сестру, тебе придётся сделать то же самое.
Астрид отвела взгляд. Эти слова задели её сильнее, чем она хотела бы признать.
– Я… – начала она, но голос задрожал.
– Ты можешь не верить нам, но, пожалуйста, подумай. Если ты увидишь то, что видели мы, ты поймёшь.
Эллен встала, её силуэт стал высоким и твёрдым в мерцании света.
– Мы не просим, чтобы ты стала одной из нас. Мы просто хотим, чтобы ты не закрывала глаза подобно остальным. Вы с Саной одной крови, я верю, что в тебе есть часть той отваги, которой была переполнена она.
Астрид ничего не ответила. В голове шумело, мысли разлетались, как разбитое стекло. Она поднялась, направляясь к двери, но, прежде чем выйти, на мгновение остановилась.
– Если вы ошибаетесь, вы погубите себя, – сказала она тихо.
– Если мы правы, – ответила Эллен, – нас уже погубили. Тебе нельзя оставаться тут дольше, я уверена, жрецы идут по твоим следам и пристально наблюдают. Наш разговор и так был слишком большим риском, однако я надеюсь, что он был оправдан. Если захочешь узнать больше – приходи на пастбище днем, там можно поговорить спокойнее. Возьми от меня кувшин, пусть твои наблюдатели думают, что ты зашла к соседке за молоком, – она поставила на стол наполненный сосуд.
Дверь закрылась, оставив Эллен и её спутников в тишине. Астрид шагала по улице, чувствуя, как внутри неё борются страх, сомнение и глухая ярость.