Наступил последний рабочий день перед восьмым марта; Настя приехала на работу в начале одиннадцатого, – была на утреннике у детей, – и сперва не узнала свой офис. В коридорах, кабинетах на ресепшене было развешено гигантское количество разноцветных воздушных шаров. В первое мгновение Настя посчитала, что ошиблась дверью; оказавшись же в своем кабинете, решила, что генеральный ограбил оранжерею, – такого количества цветов на работе видеть ей еще не доводилось.
Как и у большинства сотрудников компании, восьмое марта ассоциировалось у Анастасии в первую очередь с обязательными поздравлениями и лишним выходным, но она была благодарна Кларе Цеткин за возможность лишний раз почувствовать себя женщиной и отдохнуть.
Скинув норковую шубку, поздравила своих подчиненных. Затем налила утренний кофе, отправилась в бухгалтерию, обменяться подарками. В их кабинете также как и в остальных частях офиса царила празднично-возбужденная атмосфера.
С бухгалтерией контактировала она чаще других отделов, – это был неподражаемый, обособленный от всего «Техностроя» неповторимый, диковинный мир. Бухгалтеров было четверо, и Настя их обожала. Редко доводилось ей встречать настолько сплоченный коллектив. Главбухи в компании менялись часто, иногда и полгода не работали, в какой-то момент Анастасия даже перестала запоминать их имена, но основной костяк держался годами и мог, казалось Насте, работать самостоятельно, без всякого руководства.
Замглавбуха Елена, пышногрудая блондинка несколькими годами старше Анастасии, всегда поражала ее своей фонтанирующей энергией, неиссякаемым оптимизмом. В какие бы передряги не попадала Лена, неизбежно пребывала в приподнятом настроении. Елена носила короткие юбки и неизменные шпильки, никак не стеснявшие свободу передвижения, не мешавшие ей вихрем проноситься по офису. Настя всегда безошибочно угадывала ее местоположение по громкому смеху или стуку каблуков.
Зарплатой занималась Светлана, блондинка с идеальным каре, невысокого роста, неизменно приветливая и доброжелательная, Настя, как выяснилось случайно, училась в институте с ее сыном. В Светлане виделось Анастасии что-то материнское, и, бывало, хотелось поговорить по душам.
Нина Петровна, безусловно, являлась центром притяжения офиса, около ее стола распивали чаи все, кому в данный момент желалось отдохнуть. Ей было сорок семь, среднего роста шатенка в теле, с короткой стрижкой и мягким характером, по-детски трогательная, в чем-то даже наивная, ее невозможно было не любить. Настя частенько заходила к Петровне, – как звали коллеги бухгалтера между собой, – поболтать.
Оле было сорок пять, маленькая хрупкая брюнетка, веселая и беззаботная, Анастасии казалась она девочкой и старшей сестрой своей дочери-студентки. Возрастные изменения практически не коснулись Ольгиного лица, и Настя подозревала ее в сговоре с дьяволом, ибо денег на пластического хирурга у нее не водилось.
– Если в сорок пять ты не будешь смотреться как Оля, – повторял Константин Анастасии после каждого ее визита к ним домой, – я выгоню тебя за дверь.
Была в бухгалтерии замечательная традиция: каждую пятницу во время дневного перерыва отправлялись они в близлежащий суши-бар, прихватив с собой бутылку шампанского. Временами перемещались и в другие заведения, куда пускали со своим алкоголем, но шампанское всегда оставалось неизменным. Настя тоже иногда обедала с ними по пятницам, ей нравились веселые дружеские посиделки, напоминавшие буйную Настину молодость.
– Настёна, ты такая красивая!!! – сотрудницы перестали обсуждать происходящее на работе, переключив свое внимание на Настю.
В офисе Анастасия предпочитала носить строгие костюмы, но в честь женского праздника позволила себе надеть нарядное платье – чехол цвета экрю обтягивало небесно-голубое кружево. Холодные цвета безупречно подчеркивали смуглую кожу, и Настя хорошо это знала. Идеальная длина, до колена, оставляла простор воображению; удлиненные рукава закрывали по-детски треугольные плечи.
Анастасия любила высоченные шпильки, мгновенно превращающие ее в человека-стремянку, но сегодня решила умерить приступы гигантизма. Для грядущего праздника выбрала бежевые лодочки с невысоким удобным каблуком, – мужчины, на которых смотрела сверху вниз благодаря «четырнадцатисантиметровому допингу» чувствовали себя в ее обществе неуютно.
Укладку Настя делала больше часа. Долго размышляя, чтобы сотворить на своей голове, предпочла остановиться на простых объемных локонах, позволяющих добиться модного, и одновременно нежного, романтичного образа.
Оля с Леной, перебивая друг друга, делились с Настей впечатлениями. Света изредка вставляла свои комментарии. То и дело забегали девчонки из отдела кадров, фотографировали друг друга, тут же размещали снимки в социальных сетях. Атмосфера предстоящего торжества никого из женщин не оставляла равнодушной, и Анастасию постепенно охватило всеобщее возбуждение; Работать не хотелось, лишь неотложные дела заставили ее вернуться к своему столу.
