Получилось так, что мы оказались в небольшом овражке, тянущемся вдоль тропы и заросшего молодыми побегами жёсткого кустарника. Неожиданно, я услышал характерный металлический щелчок и резко повернул голову вправо. Славка даже под слоем грязи казался белей полотна — ему не повезло зацепить ножку противопехотной мины. В принципе, это бардак, оставлять на пути следования своих войск неубранные минзаги, но теперь ничего уже не попишешь: если мина не сработала сразу, шанс её снять всё ещё есть. Знаками, Детонатор попросил нас отползти как можно дальше в стороны, а сам принялся осторожно ковыряться чуть ли не под своим причинным местом. Движения его были осторожны и неторопливы, со стороны можно было подумать, что он просто прилёг и отдыхает. А если смотреть метров с десяти, то вообще ничего не разглядишь — кочки да травяная путанка. Как назло с тропы послышались негромкие голоса, сельва наполнилась дробным топотом ног, лёгким позвякиванием снаряги и запахами давно немытых тел. На тропу вышла колонна федералов, теперь спешащих в обход болота, как и предполагал чилиец. Я замер, стараясь полностью слиться с лесом, только глазами провожая удаляющихся солдат, машинально отмечая общее количество проходящих. Было их не так уж и много — три взвода по двадцать человек, без тяжёлого оружия, сразу видно, ребят перебрасывали в спешке. Одновременно я скосил глаза на Славку, тот всё ещё возился с миной, глаза его были полуприкрыты, губы сжались в сосредоточенную тонкую нитку. Вдруг он делает резкое движение, сопровождаемое ещё одним щелчком и хрустом кустарника. Я глянул на удаляющихся солдат и увидел, как один из них остановился, оглядываясь по сторонам. Славка показал мне трубку взрывателя, давая понять, что проблема решена, но вот теперь бдительный десантник отделился от своих, махнув своим рукой и что-то коротко сказал. Случись ему обнаружить так близко тех, кого его командиры искали совершенно в другом месте, солдата непременно ждало повышение или медаль. Но в нашем случае парню грозила только посмертная слава и почести. Дал сигнал бойцам приготовиться, осторожно начиная смещаться в полуприсяд, прячась за поваленным гнилым древесным стволом, лежащим поперёк оврага. Ствол гнилушки почти высовывался одним краем на тропу, другим упираясь в дно оврага так, что внизу образовывался небольшой лаз, вполне подходящий для того, чтобы проползти под гнилушкой дальше, не выбираясь из вымоины. Дуга и я уже успели перебраться дальше, от напоровшегося же на «гостинец» Детонатора нас теперь отделяло солидное гнилое бревно и метров пятнадцать колючих кустов. Знаками показав Славке, что если солдат подойдёт к нему ближе, чем на пару шагов то ему придётся его отвлечь, начинаю готовиться. Аккуратно высвободив из ножен клинок, я замер, отсчитывая шаги, которыми любопытный солдат шёл навстречу вечной памяти и салюту над собственной могилой. Тем временем, местный вскинув к плечу довольно потёртую G3,[101] медленно миновал Славкину лёжку и заученно водя стволом автомата по сторонам, шёл прямо на меня. В такие моменты, я тоже стараюсь довериться наработанным рефлексам, потому что они несколько помогают снять нервное напряжение. Нож, это не пистолет или автомат — работая им чаще всего приходится видеть глаза противника, а заглядывать в них, видя угасающий огонёк чужой жизни… К этому нужно привыкнуть, справиться с эмоциями и жить дальше, иначе «крыша» совершенно съедет и не вернётся. Вот сейчас, парень поравняется со мной, Славка снова хрустнет веткой, любопытный герой-смертник чуть обернётся назад и влево, я шагну навстречу закрыв ему ладонью в перчатке рот, перережу парню горло. Осталось пара шагов. Раз — солдат уже в десяти метрах от меня, осматривая кустарник слева от тропы. Два — он переносит прицел вправо, одновременно шагая вперёд. Три — я готовлюсь к броску, удобно взяв нож и отводя чуть вперёд правую руку, чтобы заткнуть рот жертве… В звенящей тишине раздаётся властный далёкий голос, парня ругает капрал, тот с сожалением опустив оружие разворачивается на месте и бежит обратно. Мысленно испустив вздох облегчения, убираю нож и делаю знак своим выдвигаться, сегодня было одним трупом меньше и это радовало.
