— И это я тоже понимаю — Найдя в себе силы, я постарался растянуть почерневшие и потрескавшиеся губы в ободряющей ответной улыбке, но вышло плохо, если судить по метнувшемуся в сторону взгляду проводника — Нам нужно отсидеться на болоте, найти сухую кочку и пересидеть там хотя бы до сумерек. Все на пределе и три часа отдыха, это то, что нам всем нужно. Так что скажешь, есть такое место на болоте или нет?
— Ты хитрый дьявол, командир. Брухо говорил, что ты родом из места, где обитают демоны гор и там холодно словно в аду, но я не верил старому болтуну — Лицо парнишки посерьёзнело, следующую фразу он выдал тщательно подбирая слова и я заметил, что даже сквозь слой грязи, на его коже проступила бледность. Взяв у меня планшет и проведя пальцем на юго-восток от края трясины вглубь болот, он ткнул пальцем в совершенно обычный кусок трясины, где вообще ничего не было обозначено.
— Командир, два года назад, когда я уже был в связных у дона Рауля, мы с братом попали в облаву и он показал мне этот остров. С воздуха его не видно, про него не знает никто, кроме меня и… Брат погиб спустя год, теперь знаю только я.
— Ты как-то странно говоришь, боец — Парень чего-то боялся, но вера в мою удачливость и острое желание жить вынудили Симона раскрыть семейную тайну, это я видел, поэтому особо не нажимал — Там безопасно?
— Я думал, что демоны чуют своих сородичей — Парень всё ещё с опаской посмотрел мне в глаза, но приободрившись увиденным, продолжил — Там не совсем остров, это вершина старой индейской пирамиды а внутри сухо и нет воды… Мы с братом спустились только на три метра, дальше не пошли, кто знает, какие пакости и чары «антигуас»[75] приготовили для незваных гостей. Мы пересидели там дня и ушли по тропе, отмеченную вешками отца, нас даже не искали в трясине. А эти отродья свиней — Глаза Симона фанатично сверкнули — За нами точно дальше не полезут, а острова им не найти, даже местные ниаруна, не помнят чья это пирамида. Те, кого федералы завербовали в проводники, вообще вглубь болот не пойдут. Идём, командир, путь неблизкий.
Дав сигнал к построению, я снова занял место в хвосте колонны и мы двинулись вперёд, тухлая вода и кишащая всякой мелкой живностью болотная жижа, обняла нас. Мы погрузились в это вонюче месиво почти по пояс. Но Симон уверенно вёл нас куда-то вглубь болот, позади уже слышались голоса преследователей, видимо кто-то из них уже выходил на тропу, ведущую к берегу.
Нельзя сказать, что местные болота сильно отличаются от топей моей родной Сибири: те же кочки, поросшие мхом, хилые деревца, кажется растущие прямо из-под воды и злобная мошкара пополам с пиявками. Но есть тут и то, что можно назвать поправкой на колорит: в тех местах, где топь переходит в некое подобие заводи со стоячей водой, водятся змеи и мелкие рыбёшки, могущие залезть даже в мочеиспускательный канал. Первое время, я сильно опасался именно такой пакостной мелочи или мух, откладывающих яйца прямо в носовые пазухи, пока не убедился, что это всего лишь единичные случаи. И рыбёшка и всяческие насекомые, предпочитали для своих нужд исключительно животных, желательно раза в два крупнее человека. Поэтому мы все спокойно брели след в след за проводником, проходя. судя по моим ощущениям в южную часть топи, которая на всех картах обозначена как непроходимая. И действительно: пару раз. Нам приходилось тащить то одного, то другого из бойцов, неверно взявшего чуть в сторону от тропы, а точнее еле нащупываемой под ногами тверди. Оступившиеся сразу же проваливались с головой и только быстрая реакция спасла Дугу и меня от утопления в вонючей, кишащей мелкой живностью субстанции, которую так и подмывало назвать дерьмом. Крики позади давно стихли, как я и предполагал преследователи не рискнули полезть вслед за нами, здраво полагая, что даже отчаявшийся не пойдёт на медленную и мучительную смерть в трясине, предпочтя честный бой и быструю смерть от вражеской пули. Само собой, когда прибудут местные рейнджеры и их американские коллеги, они попытаются пройти вслед за нами, однако в успехе их я сильно сомневался. Для преследования в подобных обстоятельствах мало знать приблизительный путь, нужно точно быть уверенным в том, куда идёшь. Симон и его братья знали, а вот следопыты местных коммандос — очень навряд ли. Мысленно, я поспорил сам с собой, сколько человек сунется за нами следом и сколько из них выберутся обратно. По всему выходило, что не слишком много и это было более чем приемлемо.
