— Слушай меня, дрянь, я с тобой не собираюсь разговаривать. После того, как ты годами обманывала всех, подсовывая поддельные письма и указы Императора! Как обесчестила мою дочь. Подложила мою супругу под своего талерманского пса! Превратила мой замок в бордель, выставив меня посмешищем! После всего, тебя даже убить мало, — не сдерживая бешенства, орал Генри.
Выглядел и вел себя он более чем странно. Глаза казались остекленевшими. Зрачки расширились, будто при хайране. Впрочем, Эрика слишком плохо его знала, чтобы судить, тот принял какое-то зелье или просто бешеный.
— Все ясно. Что дальше? — стараясь не выдать волнения, сухо спросила принцесса.
Чопорный спутник Генри шепнул ему что-то на ухо.
— Олис, не лезь, — грубо отмахнулся Герцог и презрительно осмотрел ее.
Эрика едва прикрывалась простыней.
— Сейчас ты оденешься. Тряпки я смотрю, есть. С тебя таких хватит, — Генри указал на валяющиеся на полу детали гардероба — Потом тебя препроводят в холл. Там ты распустишь свою гвардию. Если тебе, конечно, не плевать на их жизни. Пришло время расплаты! — последнюю фразу Генри практически прорычал.
— Будешь смотреть, как я одеваюсь? — уточнила Эрика.
— Ещё чего! Не хватало, чтобы я проблевался, а потом мне снились кошмары. Но не надейся остаться в одиночестве. Олис, останешься тут. И ты, Викентий, оставишь своих людей. Пусть приглядят, — резко бросил Герцог и развернулся уходить.
— Ваша Светлость, я думаю, стоит позвать ещё хотя бы человек пять, — осторожно заметил Викентий.
— Не надо. Много чести. Прекращай верить в ерунду про два десятка! Их перерезал талерманец, но не это ничтожество! — отрезал Генри, выходя за дверь.
— Не спускайте с нее глаз. Не отворачивайтесь. И глядите, чтобы она оружие не прихватила, — напоследок шикнул граф, когда Генри уже вышел и отправился прочь.
Эрика осмотрела собравшуюся в покоях компанию. Помощник Генри Олис выглядел невозмутимым, а вот у гвардейцев Викентия бегали глаза. Впрочем, переживают они зря. Если учесть наличие двух нацеленных на нее арбалетов, да ещё и с разных сторон, сейчас весьма неудобный момент устраивать потасовку. Но это сейчас. Генри требует, чтобы она распустила свою гвардию, это значит, убивать её, по крайней мере, в ближайший час, он не собирается. Хотел бы, уже убил.
Принцесса молча сбросила простыню и принялась неспешно собирать с пола собственную одежду. Одевшись, принцесса взяла со стола самокрутку, подожгла её и, сделав затяжку, обратилась к наблюдающим за ней гвардейцам.
— Я готова. Как видите, оружия у меня нет, — поставила перед фактом она.
По распоряжению графа Викентия вели её в сопровождении десяти человек. Это натолкнуло на мысль, адекватно её тут никто не воспринимает. Граф переоценивает, возможно, демоном считает, а вот Генри, напротив, совсем в расчет не берет. Забавно, особенно если учесть, что этим можно воспользоваться. Опасно недооценивать возможного противника, что сейчас делает Генри. Принцесса решила ему немного подыграть, и намеренно шла медленнее и хромала сильнее.
В холле было не протолкнуться. Большую часть пространства занимали вооруженные до зубов люди Викентия. Более двадцати человек держали наготове арбалеты. В отдельном ряду в ожидании выстроились её гвардейцы. Их набрали из стражников после покушения. Из них она не увидела только троих: Велера, Гарри и Лютого. Куда те запропастились, принцесса могла только гадать. Те могли сейчас торчать в борделе, но могли и отказаться подчиняться Генри, то есть сбежать или быть уже мертвыми. Что сейчас с Евой и Беатрис, тоже оставалось только догадываться.
Также Эрика подметила, судя плащам, кроме людей Викентия в холле и в самом замке больше воинов нет. Получается, Генри прибыл без гвардейцев, что весьма странно. Значит, либо Герцог попал в жесткую столице в опалу, либо его людей, всех до одного, перебили в пути.
Принцессу привели к развалившемуся в кресле Генри, рядом с ним восседал Викентий.
— Ваша Светлость, принцесса Эрика препровождена по вашему приказу, — отчитался Олис.
— Сука, у тебя ещё наглости хватает курить?! Заберите у нее дурман! — взревел Генри.
Эрика, не дожидаясь, пока у нее станут забирать самокрутку, швырнула её на пол, демонстративно сплюнула и уставилась на Генри.
— Точно свинья безродная, а не принцесса. Хотя, чего ещё ждать от выродка. Обратись к своим гвардейцам, или арбалетчики продырявят каждого, кто не сложит оружие уже по моему приказу, — потребовал Герцог, при этом сам закурил.
— Гвардейцы, благодарю за верную службу. С этого момента я освобождаю вас от выполнения обязанностей. Сложите оружие, — без единой эмоции объявила принцесса, прекрасно понимая, что в другом случае половина сами сдадутся, а остальные умрут героями. Ей же это все равно никак не поможет.
