Разговор пошел своим чередом. Разумеется, речь пошла про Леонтийских. Как им служилось. Тут всплыл любопытный момент. Эти скупые мудаки пожлобились даже на договор службе роду, так ведь дороже выходит. Гай и сыновья графа наняли по отряду на свое имя. Как купчишки или недовольные наследством отпрыски.
Эрика задумалась. Она даже не предполагала такой вариант. В подобных конфликтах принято нанимать отряд именно как на службу роду, а не отдельному человеку. Неважно, имеешь дело с гильдией или с кучкой наскоро сколоченного сброда. Потому что если прикончат нанимателя, традиционно договор уже силы не имеет. По наследству он не передается. Плевать, что заплатили и наняли хоть на год, хоть на два. Нанимайте заново, кто хотите. Или враги наймут, если захотят и договорятся. Претензии даже гильдии потом не предъявишь, там жлобов не любят. То, что нанимателя не уберегли, чести отряду, конечно, не сделает, но это проблемы отряда и его командира, а не скупердяев. Если договор подписан на службу роду, дело другое. Но и стоит он дороже.
Впрочем, дело даже не в жлобстве графа Викентия. Во-первых, Гай про этот момент умолчал. Если бы он, действительно, так желал перейти на ее сторону, должен был сообщить. Есть, конечно, вариант, что Гай опасался за свою жизнь, ведь в таком случае его можно убить и перекупить наемников. Однако все равно, не нравилось ей это. В голове мигом созрел другой план…
К моменту, когда они, наконец, добрались до трактира, Ева вроде успокоилась, прекратив рыдать. Встретил их Лютый. Велер с Аланом сразу повели девушку внутрь. В первую очередь она поинтересовалась обстановкой.
— Все тихо. Никто не приходил. Девица не рыдает. Только Тим повесился, — поставил перед фактом варвар.
— Как повесился? Я такого приказа не отдавала! — не думая бросила принцесса, и только тогда поняла, что ляпнула, — Твою мать. С ума что ли все посходили! Всю темницу случайно уморили, Беатрис умерла, этот сам в петлю полез. И это мы еще воевать не начали, — возмутилась Эрика.
На Тима было плевать, не захотел ей служить, предпочтя петлю, его проблемы. А мог бы во дворце оказаться. Но раз трус, сам виноват. Просто накипело.
— А что стряслось то? Как Беатрис повесили? — посыпал вопросами Лютый, глядя на нее в недоумении.
— Да ничего уже, все херня. Алан тебе все расскажет, не сомневаюсь. Дай покурить.
Лютый протянул ей самокрутку.
— Ты чего-то говорила про воевать. Ну так скоро пойдем-то? — простодушно спросил варвар.
Недалекий Лютый с самого начала не давал никому покоя с идеей, будто надо поскорее пойти в замок и прирезать Генри.
— На рассвете пойдем. Дождался и ты, — принцесса похлопала по плечу колдландца и пошла в дом.
В сложившейся ситуации идея Лютого не казалась откровенной глупостью.
Уже в трактире она без лишних разговоров отрубила голову Гаю. Не хрен ей морочить голову. Да и спокойнее так. Наниматель отряда, мертв. Следовательно, «Смертоносные вороны» не обязаны отрабатывать даже заплаченное им золото. Другое дело, у нее сейчас золота нет, зато есть Генри. И если смерть нанимателя всплывет, разговаривать о дальнейшем сотрудничестве глава наемников будет с ним. Но если Генри убить или заключить под стражу, а затем наемникам продемонстрировать голову нанимателя, можно смело предлагать договор. Тем более, она знает, как заинтересовать таких людей. А проберутся они при помощи Евы.
Несмотря на нежелание разводить сопли, ей пришлось выслушать милую историю о том, как Ева перешла на сторону отца, чтобы иметь возможность помочь ей и матери. Да что там, именно Ева убедила Генри не казнить ее сразу, а запереть в темнице. «А из темницы, я знала, ты точно выберешься» — уверяла Ева.
Принцессу мало волновали правдивость ее слов, а так же подробности душевных метаний девицы. Убивать ее бессмысленно, хоть она и дура, но эмоции тут не уместны. Живая наследница Клеонских полезнее, чем мертвая. Да и за что убивать ее? За глупость? Причем, свою собственную. Не убивать же ее за истерику в ее сторону? Она как минимум, спасала свою шкуру. Если бы Генри узнал, что она была с ней добровольно, привязал бы к позорному столбу рядом с матерью.
Гая та не пожалела. Ева почему-то была уверена, что именно Гай убил Беатрис. Уже не суть. Гдавное, она согласилась помочь…
Уже почти рассвело. Алан в нехитрых доспехах стражника нес Эрику, в таком же облачении Велер нес мешок с головой Гая и вел связанного Лютого. Ева шла рядом с Заком. Все, кроме Евы, выглядели весьма потрепанными, будто после бойни. Не только голова, но и кровь убитого Гая пришлась кстати. Особенно окровавленной выглядела принцесса, все же, по легенде она, как минимум, при смерти.
Наконец, впереди показались ворота, ведущие на задний двор. Первым к караулящим стражникам подошли Зак с Евой. Наемник кратко сообщил о спасении Евы и захвате принцессы, и сославшись на приказ командира Гая, попросил шум не поднимать. Ева подыграла, требуя впустить ее.
