В восемь лет тот рыдал, потому что увидел, как забивают корову. Генри поначалу думал, тот просто малолетний, но с каждым годом он только убеждался, братец трусливый дурак. Фердинанд только молился, читал и прогуливался в одиночестве. В играх с мальчишками он участия не принимал. Генри подговаривал его поколачивать, сам пытался. Но брат вел себя как идиот. Не отвечал, трусливо снося удары. В итоге Филипп Клеонский махнул рукой на Фердинанда. Пусть делает, что хочет, только в послушники пусть не суется. Отец придерживался традиционнх клеонских верований.
Когда Фердинанд стал старше, он ожидаемо не поумнел. Воинские искусства, охота, девицы, его не интересовали, зато желание уйти в послушники стало проявляться все чаще и чаще. Правда, это слюнтяй даже это сделать не решился, ибо отец запретил. Генри было девятнадцать, когда он женился на Беатрис. У него вскоре родился наследник Альберт. Через два года умер отец и он принял титул. Но Фердинанд продолжал вести все тот же образ жизни.
Брату как раз исполнилось восемнадцать, когда в Небельхафт приехала делегация из Ордена Света. Торжественно объявили, что исходя из пророчества, его младший брат — избранный Мирозданием. И он должен жениться на единственной наследнице имперского престола, Адриане Сиол. Получается, однажды он станет Императором.
Генри не мог поверить в подобную чушь, его никчемный братец — будущий Император. Ни кто-то другой, а именно этот трус. В Империи хватало высокородных юношей, но избранный именно Фердинанд. Пусть не он избранный, тем более, он женат, но тот не достоин. Особенно злила реакция самого Фердинанда. Тот не обрадовался, а едва сознание не потерял и неделю не выходил из комнаты. Генри тогда хотелось пойти и удавить этого слюнтяя. Впрочем, он вскоре успокоился, рассудив, что если его брат будет Императором, это тоже неплохо. Он сам пошел успокаивать его. Как он потом сожалел об этом. Лучше бы Фердинанд тогда удавился.
Вскоре брат покинул Клеонию. Пока был жив Александр, тот не имел никакого влияния, с его то характером это было неудивительно. Генри надеяться было не на что, он мог только ждать. Он решил отправиться воевать, благо война с Хамонским Королевством такую возможность ему предоставила. Генри командовал клеонским ополчением, умудрился проявить себя и закончил войну уже в звании маршала. В Небельхафт с тех пор он ездил только периодически и максимум на месяц. Вся его жизнь оказалась связана с воинской службой и ожиданием, когда же Фердинанд станет Императором.
Александр был отравлен, а Фердинанд предложил Генри стать его советником. Вот только Герцог вскоре убедился, напрасно он ждал, что сможет оказывать на брата влияние. Вроде тот слюнтяй, нерешительный мягкий идиот, вот только Генри никак не удавалось найти к нему подход. Генри, сторонник жесткого правления, поражался тому, как Император откровенно распускает подданных. Он имел доступ к Фердинанду, вот только тот его почти никогда не слушал. Зато слушал других.
Вокруг уже столпились другие советчики, готовые перегрызть друг другу глотку за возможность пастись рядом с новоявленным Императором. Верховный Жрец Кириус первым заморочил ему голову. Тот чуть не заставил его вернуть Инквизицию. Помешала Миранда. Правда, тогда он ещё не знал какая та хитроумная стерва. Генри попытался сговориться с ней, но та иметь с ним дел не захотела.
В качестве советника, Герцог пробыл почти три мучительных года. Именно тогда он и стал завсегдатаем трактира Честь Империи. А еще окончательно возненавидел брата. Последней каплей для него стал скандал, связанный с его сыном. Император, проигнорировал его просьбу и позволил Альберту бросить службу в Императорской гвардии. А для чего? В Академию Мудрости тот захотел. Этот слюнтяй, несмотря на то, что весьма отличился в школе и получил назначение в саму Императорскую гвардию, проявил трусость и захотел стать лекаришкой. Генри убедился, брат его не уважает, и оставил дворец, чтобы вернуться на воинскую службу…
«Ну ничего, ты за все заплатишь. Сдохнешь, как собака. Тебя разорвут голодранцы» — успокаивал себя Генри, переступая порог кабинета.
Фердинанд выглядел как всегда неважно. В последние годы Император все больше становился похож на старика. Большую часть времени он проводил в постели, и все чаще говорил о смерти. Государственные дела брат практически забросил, переложив все на Миранду. К удовольствию последней.
Как и предполагал Герцог, брат ему поверил. Более того, ему поверила даже Императрица. Перед ней ему тоже пришлось извиниться. Лично. Пожалуй, это был один из самых отвратительных дней в его жизни, даже несмотря на то, что он все-таки добился своего. Несмотря на весь успех, из дворца Генри уходил как никогда злой.
