Они с Игорем пожали друг другу руки, но это рукопожатие больше напоминало приветствие двух непримиримых соперников на ринге.
— Тебе-то что, Ханин? — с вызовом сказала Вероника. — Отлично все прошло. Правда, Игорь?
— Не, давайте без меня, я вам не семейный психолог, — отмахнулся тот направился в сторону лестницы.
Девушка собралась последовать его примеру, но Ханин пригородил ей путь.
— Что-то по лицу Старкова и не скажешь, что все прошло отлично.
— И что? Я ответила за себя. Лично для меня все прошло замечательно.
— Сосались хоть?
Звонкий звук пощечины привнес немного ярких красок в привычную утреннюю суету, заставив весь холл забыть обо всех прочих делах.
— Неплохой удар, — сказал Тимур, потирая щеку. Затем осмотрелся вокруг и обратился ко всем присутствующим: — Эти бабы такие склочные!
— Придурок, — бросила Вероника и поспешила убраться от посторонних глаз подальше.
***
Во вторник, перед началом факультатива, Игорь и Тимур о чем-то негромко разговаривали, стоя в стороне ото всех. Но если первый выглядел спокойным и невозмутимым, то настроение второго выдавала его активная жестикуляция. Он явно был чем-то недоволен, и Вероника примерно понимала, чем именно. Что ж, это уже его проблемы. Она встала к ним спиной, оказавшись к Лене полубоком. Та внимательно взирала на Мамонова, который, в свою очередь, смотрел куда-то сквозь Веронику. Его выражение лица было таким, будто у него только что отобрали конфету.
— Твой отказ явно дался Мамонову нелегко, — заметила Лена. — Че-то даже жалко его.
— Не переживай, надолго он без девушки не останется. Может, со мной у него ничего и не вышло, но, по крайней мере, он не побоялся заявить о своих намерениях и затем стойко перенес миллион отказов. Не удивлюсь, если с такой целеустремленностью он через пару лет станет очень популярным среди женщин.
Но Лена уже не слушала. Вперив взгляд за спину подруги, она перешла на заговорщицкий шепот:
— Гляди, а конфликт-то начинает набирать обороты!
— Да пусть они хоть подерутся, нам-то что.
— Ой, не ври, что тебе не интересно, что там у них!
— Совершенно не интересно.
— Каспранская, ты не умеешь врать, смирись с этим.
Вероника лишь вздохнула в ответ. Она заметила, что голоса споривших позади нее парней стали громче, но по-прежнему не могла разобрать ни слова.
— Они уходят! — сказала Лена, которая продолжала вести наблюдение. — Стопудово идут под лестницу на первом этаже, чтобы поговорить наедине. Я сейчас обойду их с другой стороны и попробую подслушать, о чем там речь.
— Зачем??
Но подруга проигнорировала вопрос, громко крикнув:
— Ой, я ж забыла отдать Сан Сеичу калькулятор! Сейчас вернусь!
С этими словами она помчалась к противоположному лестничному пролету. Веронике оставалось только смиренно ждать ее возвращения.
Лена вернулась с той же стороны. Она старалась двигаться неторопливо и с ничего не выражающим лицом, но ее нетерпение буквально рвалось наружу.
— Пойдем сходим в туалет, — сквозь зубы проговорила подруга и потащила Веронику за собой.
Когда они оказались в пустующем левом крыле, Лена рассказала, что ей удалось выяснить.
Спустившись на первый этаж и миновав пост Сан Сеича, она бесшумно приблизилась к лестнице с той стороны, где находился закуток. Девушка оказалась права: Ханин и Старков действительно были там. Подслушивать, стоя на ступеньках над их головами, было бы куда удобнее, но она не рискнула подниматься. Закончив разговор, парни сразу бы пошли в ее сторону. В таком случае ей бы пришлось убегать вверх по лестнице, рискуя быть замеченной ребятами с факультатива, ожидающими профессора на втором этаже. Те бы сразу поняли, что она шпионила, и не преминули бы доложить об этом Тимуру с Игорем. Так что Лене пришлось притаиться неподалеку от входа в гардеробную, тем самым исключив вероятность своего обнаружения.
Первым, что она услышала, стал обрывок фразы Ханина:
— … я попросил тебя помочь, а не пытаться ее увести.
— Увести у кого? — раздался голос Игоря. В отличие от Тимура, говорил он спокойно. — Она вроде как свободна, или я не прав?
— Не прикидывайся, идиотом, а. Ты понимаешь, о чем я.
— Если ты ждешь извинений, то их не будет. Выбор все равно за ней. И он уже точно падет не на меня. Это так, к слову. Может, после этого тебе немного полегчает.
Тимур хохотнул:
— Намекаешь, что я боюсь конкуренции в твоем лице? Серьезно?
— Не вижу иных поводов для твоего волнения.
— Волнения?? Мне плевать, кто ее там хочет. Претензия в том, что ты действовал за моей спиной.
— Претензия не обоснована, — возразил Игорь, — потому что события разворачивались прямо у тебя на глазах. Я о совместном уроке физры. Ты ведь сам не дал мне закончить начатое. Будь ты за здоровую конкуренцию, я бы позвал ее в кино при тебе. Я тоже привык действовать в открытую.
— Тебе что, по приколу превращать простые задачи в сложные? Почему бы просто не подойти ко мне и не сказать, что хочешь пригласить ее куда-то? Я бы ни слова не сказал, твое право.
— То есть я должен был спросить у тебя разрешения на Каспранскую? Она не твоя вещь.
— Гарик, мне сейчас так охота тебя стукнуть…
