В ту ночь ей снова снился странный сон, в котором Тимур привозил ее в поле, окутанное туманом. Они так же стояли в свете фар, взявшись за руки и всматриваясь в туманную даль. Как и во всех предыдущих снах, ничего конкретного разглядеть не удавалось. Лишь ночная тьма, утопающая в тумане, и ярко-оранжевый лунный диск на небе, который было видно даже через пелену.
— Зачем мы здесь? — снова спросила Вероника.
— Ты должна это увидеть, — сказал Тимур, продолжая всматриваться в туман.
— Увидеть что?
— Посмотри вперед.
Девушка принялась всматриваться во тьму, подсвечиваемую светом фар. На мгновение ей показалось, что она таки смогла что-то разглядеть, но картинка начала быстро размываться. Мир вокруг вдруг стал вязким, как будто кто-то превратил его в кисель. А потом она проснулась.
Сколько раз ей снится один и тот же сон? Она уже сбилась со счета. Эта зацикленность пугала. Как будто этот сон не оставит ее в покое, пока она не увидит то, что должна увидеть. Но что можно увидеть ночью в туманном поле? Разве что каких-нибудь привидений или чудищ. Но, несмотря на странности, сон не был похож на ночной кошмар. Даже наоборот — успокаивал и приносил умиротворение. Вероника не чувствовала страха, одно лишь любопытство. А еще она точно знала, что однажды сможет разглядеть в туманной мгле нечто прекрасное.
***
— Я смотрю, нежелание мириться с Ханиным не помешало тебе надеть одну из подаренных им футболок, — хмыкнул Витя следующим утром.
— Я не просила ничего мне дарить. Это раз. И два — что ж мне теперь, растоптать и сжечь вещи и книги только потому, что они, возможно, от Ханина?
— Успокойся, я пошутил. Я тоже не вижу смысла избавляться от хороших вещей из-за разыгравшихся сантиментов. Все эти люди, которые швыряют в стену телефоны, посуду и мебель, потому что им кто-то там изменил, всегда казались мне ужасно глупыми и непрактичными. Вместо того, чтобы выкинуть из своей жизни ненужного человека, они выкидывают нужные вещи. Рад, что ты не одна из них.
— Мне вот только интересно, откуда он узнал, что мне нравится? Когда мы встречались, он понятия не имел ни о моих любимых фильмах, ни о музыке, которую я слушаю, и уж тем более какие конфеты я готова поедать килограммами. Ему никогда не было это интересно.
— Значит, тогда он еще тебя не любил.
— Ага, а сейчас прямо любит.
— По-моему, это очевидно.
— Так любит, что готов спать со всеми подряд, кто соответствует всего двум критериям: это девушка и она симпатичная.
— У каждого свои минусы, — философски заметил Витя. — Кстати, о минусах. Сегодня Костик должен появиться в школе. Его выписали в понедельник. Но я очень сомневаюсь, что предэкзаменационная неделя вдохновит его на новые безумства. Скорее всего, он весь будет погружен в учебу. Уж очень ему хочется золотую медальку.
— Как бы после ее получения он не решил, что теперь ему нечего бояться.
— После того, как его родители получат от меня посылку с доказательствами его невменяемости, ему уже будет не до тебя. А еще я оставлю им послание: мол, если в отношении Костика не будут приняты меры, весь город узнает о нем правду. Знаешь, что самое замечательное? Его отцу не нужен такой сын. Дядя и сам далек от идеала, но он ограничивался моральными издевательствами над своей женой и дебильными суждениями о мире. До откровенного сумасшествия он не доходил никогда. Костика он всегда мечтал видеть светилом науки, лауреатом Нобелевской премии, уважаемым в обществе человеком. Сын-психопат никак не вписывается в эту картину. Боюсь даже представить, как может поступить дядя, узнав, что Костик способен опозорить их семью. Хотя кого я обманываю? Я не боюсь, я весь в предвкушении.
— Если честно, я тоже.
Миновав вместе с Витей пост охраны, Вероника увидела Тимура, поджидающего в холле. То, что он именно поджидал, было ясно как день. Достаточно было увидеть его полное решимости ухмыляющееся лицо.
— Отвали от меня, — пригрозила Вероника вместо приветствия.
Но это не помогло — Тимур, все так же ухмыляясь, приблизился к ней, схватил и взвалил себе на плечо.
— Отпусти, придурок, ты что творишь??
— Егай, не обессудь, — бросил Тимур, удаляясь от Вити. — У нас с Каспранской возникло безотлагательное дело.
По дороге Вероника колотила Тимура по спине и надеялась, что ее спасет один из проходящих мимо учителей, но коридор был пуст. Похититель благополучно донес ее до чулана под лестницей и поставил на ноги.
— А теперь слушай, — скомандовал он и подставил к ее уху свой телефон.
В динамике послышался знакомый высокий голос. Было трудно разобрать некоторые слова, потому что разговор был в записи, но Вероника смогла услышать достаточно.
— Чего ты от меня хочешь?? — Воскликнула Мальцева. Она явно была полна возмущения.
— Я уже сказал.
