Темным магистром становиться не собираюсь, если ты об этом. Ладно, Фил, нам тут еще учиться и учиться. Думаю, за это время о тебе позабудут. Ццем, скажем куратору Синтеру, что вернулись.
Впрочем, до куратора Синтера мы не дошли, потому что на меня налетел маленький рыжий ураганчик. Лиз огляделась по сторонам, убедилась, что вокруг в этот праздничный день только скептически хмыкнувший Роберт, и потянулась за поцелуем.
— Куда катится мир, — пробормотал мой сосед.
— И тебя с праздником, Роб, — обернулась Лиз. — Кстати, тебя Анна искала, с которой вы в поединках участвовали. Спрашивала, не вернулся ли ты.
Роб как-то странно глянул на Элизабет и сказал:
— А знаешь. Вейран, я зайду к Синтеру сам. Катитесь, куда вы там собирались.
И ускорил шаг, оставляя нас вдвоем.
— Похоже, кому-то крайне приглянулась Анна, — шепнула мне Лиз.
— Хорошо бы, — улыбнулся я. — Может, менее вредным станет. Идем?
Посреди бела дня мы, конечно, в башню не пошли. Вместо этого разместились в привычной беседке. На территории гимназии было куда теплее, поэтому можно было не опасаться, что Лиз замерзнет.
— Рассказывай. — Она взяла меня за руки. На что-то большее мы не решались — мало ли, кто будет мимо проходить.
— Да что рассказывать? — Я тряхнул головой, прогоняя непрошенную тревогу. — Все слишком сложно, Лизи. И стало еще сложнее.
— Ты отдал кристалл?
— Отдал. Но количество вопросов только увеличилось. Мой… товарищ зачем-то хочет видеть страницы из личного дела профессора Айденса.
— Зачем? — изумилась Лиз.
— Думаешь, он объяснил? Только это еще полбеды.
Я сомневался, говорить ли о том, что узнал накануне, но от Лиз у меня секретов не было, и пока что ни одна из тайн, которые я ей доверил, нигде не выплыла.
— Фил? — Она сразу заметила заминку.
— У меня проявляется магия пустоты. И… мой товарищ, — в стенах гимназии я даже имя Пьера произносить опасался, — считает, что это знак.
— Чего?
Я огляделся по сторонам. Никого.
— Того, что я унаследовал магию королевского рода от своей прапрабабки. Она была сестрой короля, но влюбилась в моего прапрадеда и вопреки воле семьи вышла за него замуж.
— Это еще ничего не означает, — попыталась успокоить меня Лиз.
— Конечно, только откуда тогда посторонняя магия?
— Может, из-за брата?
— Вряд ли. Анри не первый и не последний, кого отправили в пустоту. И что-то я не слышал, чтобы у кого-то из родственников приговоренных развивались подобные способности. Я не знаю, что с этим делать, Лизи.
— Справимся.
Она тоже украдкой огляделась по сторонам и обняла меня. Я вдохнул привычный аромат трав, исходивший от её волос и одежды, и сразу стало спокойнее. Действительно, справимся. Можно подумать, есть другие варианты.
— А еще мне поступило крайне странное предложение от темного магистра. Он встретил меня у входа в гимназию и предложил обучаться у него.
— А ты? — вздрогнула Лиз.
— Отказался.
— И правильно, — расслабилась она. — Я, конечно, не знакома с месье Кернером лично, но ничего хорошего о нем не слышала. Наоборот, папа не желает иметь с ним никаких дел.
Уж не знаю, почему. Ведь титул темного магистра — это просто титул. Ой! Я же совсем забыла! У меня для тебя подарок.
И сняла с шеи цепочку с медальоном, а затем протянула его мне.
— Я наложила особую защиту, — показала на непонятные символы, вырезанные на серебряной крышке. — А внутри — мой портрет. Давай, застегну.
И лично защелкнула застежку на моей шее. А я — болван. И вернулся с пустыми руками. Но не у Пьера же занимать деньги…
— Спасибо, — коснулся губами подставленной щеки, и Лиз довольно рассмеялась. — Подарок за мной.
— Скажешь, тоже, — махнула она рукой. — Идем? Скоро обед, а я готова поспорить, что ты с утра ничего не ел.
Моя возлюбленная подскочила на ноги, дождалась меня и поспешила к корпусу общежития. Может, Лиз и права? Не стоит пока забивать себе голову? Я здесь пробуду еще долго, за это время многое может измениться. А сегодня и сейчас мне хотелось быть счастливым рядом с любимой девушкой и хоть ненадолго забыть обо всем, что ждало за стенами «Черной звезды».
Полина.
Мы возвращались в столицу в конце февраля. Снова пришлось задержаться в замке Этьена — непогода стояла страшная. Какого же тогда ждать лета, если зима кажется бесконечной и такой снежной, что на первом этаже замка снег почти полностью засыпал окна? Но все дни обратного пути я ловила себя на мысли, что вернулся страх. Там, в замке Дареаля, было тихо и спокойно. Браконьеры больше не появлялись, Этьен учил Вилли управляться с силой, а как-то в начале января пришел ко мне вечером.
— Полина, мне нужно с тобой поговорить, — сказал излишне серьезно.
— О чем? — насторожилась я.
— О твоем будущем. У меня есть к тебе предложение…
Только не это! Опять? Но Этьен сел напротив и так пристально взглянул на меня, что стало не по себе.
— Я слушаю, — ответила с тревогой.
— Это не то, о чем ты подумала, — улыбнулся Этьен. — Послушай, Полли, скоро мы вернемся в столицу, и тебе надо будет думать, как дальше строить свою жизнь. Моих средств хватит на нас троих и еще останется, но ты ведь не желаешь принимать помощь.
