Поезд был огромным! Длинный металлический дом, кое где покрытый краской, кое где ржавчиной, выпускал густые клубы едкого дыма. От шума приближающейся машины у Туока началась паника. При подъезде к станции локомотив издал пару гудков и начал тормозить, скрипя колесами. Сзади за локомотивом тянулись два пассажирских вагона и цепочка огромных бочек и прицепов с металлическими ящиками. К моменту приезда поезда на платформу уже вышло человек пятнадцать. В основном это были работники станции, которые, сразу как остановился поезд, начали проверять колеса постукивая по ним длинными молотками, заглядывать под вагоны и прицепы и перекрикиваться между собой. Поднявшись по узкой лестнице в такой же узкий проход и пройдя чуть вперед Туок увидел комнату с множеством сидений, которые двумя располагались одно за другим и ещё сверху были лежачие места. Человек пятнадцать сидели и лежали на сиденьях кто поодиночке, кто парой. Найна с Туоком сели у окна и спустя какое-то время состав двинулся. За окном пейзаж двигался все быстрее. Множество разрушенных зданий удивило молодого человека. Он спросил про них девушку.
— Раньше города были просто огромными. Но потом после катастрофы и войны они сильно поредели. Осталось очень много зданий. В них заводились дикие звери. Поэтому люди в городах старались разрушить лишние дома на окраинах, собираясь ближе к центру. Еще дома разбирали ради ценных металлов, таких как медь и алюминий. Поэтому на окраинах южных городов так много разрушенных домов. Ближе к северу их всё меньше. Ну ты и сам увидишь, когда будем проезжать. А я пока посплю.
Каждый новый город Туок встречал с восторгом. Чем дальше на север они продвигались, тем больше мир отличался от привычных ему мест. Теперь уже даже в малых поселениях пользовались электричеством вовсю. Поезд делал остановки всё чаще. Всё больше пассажиров заходило и сходило с поезда. Природа вокруг тоже менялась. Густые хвойные леса чередовались огромными полями. Чаще попадались стада с пастухами. Бесконечные ленты рек, небольшие озера и болота встречались повсюду.
— Надо перекусить. Следующая станция наша.
Туок вытащил остатки своей провизии и поделился с девушкой. Найна в свою очередь поделилась с ним половиной злаковой лепешки. Мимо проносился пёстрый лес, перекрашенный наступившей осенью. Пассажиры в вагоне занимались каждый своим делом, не обращая внимания на остальных. Кто-то спал, подложив под голову дорожный валик, кто-то разговаривал с соседями, кто-то смотрел в окно, кто-то собирал вещи готовясь к выходу. Спустя некоторое время лес поредел. Поезд сбавил ход и за окном замелькали первые дома пригорода. Найна не отрывала взгляд от окна. На лице ее играла лёгкая улыбка и выраженное нетерпении.
— Видишь вон то высокое здание? Там я работаю, — девушка тыкнула пальцем в стекло показывая куда надо смотреть. — А вон там живёт… жил Каин.
Найна мгновенно погрустнела, но тут же взяла себя в руки, — Поживёшь пока у меня в папиной комнате. Сегодня отдыхаем, а завтра надо будет отвезти на работу собранный материал. Заодно и для тебя работу подыскать. На легкую работу не рассчитывай, но тебе в любом случае будет не легко. Привыкнешь.
Подъезжая к станции поезд ещё сильнее сбавил ход и уже неспеша тянулся вдоль перрона. Найна взяла свои вещи и молча направилась к выходу. Туок последовал за ней. Выйдя из вагона, девушка поправила заплечный мешок и уверена двинулась сквозь суетливую толпу. На улице было прохладно и Туок начал немного замерзать. Но спустя пару сотен быстрых шагов он уже не мерз. Попетляв некоторое время по городу, они вышли к розовому трёхэтажному дому, у которого было несколько входов подряд. Он уже видел такие в других городах, поэтому не удивился. Зайдя во второй вход, они поднялись на второй этаж. Девушка постучала в одну из четырёх дверей и ей открыла старушка
— Кто там, — сказала она старчески щурясь.
— Мэри Кариевна, это Найна. Я вернулась.
— Ой моя деточка, вернулась! За ключиками зашла? Сейчас, сейчас, — старушка скрылась за дверью, но спустя мгновение снова показалась с протянутыми в морщинистой руке металлическими ключами. — А кто это с тобой? На Кайя не похож вроде. Совсем плохо вижу, — пожаловалась старушка скрипучим голосом, прищуриваясь и заглядывая в лицо Туока.
— Нет, это Туок. Он родился в обезьяньем народе. А Кайя больше нет.
— Ой, как же так? Бедный Кай. Что случилось?
— На нас собаки дикие напали, — ответила Найна с грустью в голосе.
— Ох, бедный Кай. А Марк? С ним всё в порядке? Что ж он не зашёл меня проведать? Устал видимо с дороги.
— Марка тоже больше нет, — по лицу Найны покатились слёзы.
— Ох горе то какое! Как же так? Как же ты выжила, девочка моя?
— Туок с караваном нас с Марком в мёртвом городе от собак отбили. А потом на Марка детёныш курана напал, и Марк не выжил.
— Что ж это за тварь такая, что от детёнышей даже не спастись? Говорила я вам, что это опасно. Так вам ведь дома не сидится! Ох, бедный Марк, бедный Кай… Найна, деточка, может зайдёте. С дороги голодные наверно. У меня супчик свежий сварен с капусткой.
