Он перевел взгляд на другую сторону.
– Вы тоже, мисс Хьют, с пушком на рыльце – чувствовали, в доме что-то затевается, поэтому так смело и понеслись на выстрел. Застукать виновника, да?
– Идите вы, я никого не убивала.
– Ладно, вернемся к главному. Мистер Гринвей, скорее всего из библиотеки, контролировал ситуацию. И вошел в кабинет за миссис Линч почти следом. В левой руке платок, правая рука в перчатке – в кармане халата. Наверное, сэр, вы сказали, что желаете поведать нечто интересное о мисс Адамс. Тетя должна была заинтересоваться, потому что именно вы послали то самое интригующее письмо. Затем вам оставалось лишь занять удобную позицию сзади. А после можно уже было действовать не спеша – вы ведь знали, что в кабинет никто в это время не сунется.
Лео откинулся на спинку кресла, посмотрел на лейтенанта уже расслабленными глазами и счел нужным заговорить:
– Что же я сделал дальше?
– Сначала, в порядке уточнения, напомню, что по возвращении из города вы оставили автомобиль у входа и очень поспешили в дом, потому что надо было забрать пистолет из тумбочки. Мисс Адамс своими умными действиями не позволила этого сделать перед отъездом.
– Допустим-допустим.
– После убийства вы спокойно вышли из дома, отогнали автомобиль, а заодно, прогулявшись на другую сторону пруда, выкинули там где-то в воду пистолет-дублер. Основной остался при вас. Во-первых, доложив туда патрон, надо было сделать выстрел, о котором я сейчас расскажу, а во-вторых, на пистолете, вы полагали, имеются отпечатки Керэлл Адамс. Вы правильно рассчитали, что с вашими намеками, или без, но мы проверим ближнюю часть пруда.
– Лучше бы я остался во Франции, – неожиданно пробормотал Ширак.
– И то, – походя согласился Макс. – Перехожу к заключительной стадии. Вернувшись в кабинет, вы, мистер Гринвей, создали видимость работы хозяйки дома над деловыми бумагами, открыв их произвольно на середине… Но вот не додумали с пепельницей – надо было оставить пару окурков – вы этой ошибкой нам весьма помогли.
Лео в ответ улыбнулся, не скрывая своего хорошего настроения.
– И оставалось сделать последнее – тот самый выстрел, который должен быть услышан, обеспечить вам алиби и окончательно погубить спавшую под снотворным мисс Адамс.
– М-мм… свинья ты, Лео, – произнесла Керэлл, впрочем, вполне равнодушным голосом.
– Ты, милая, сама хороша! – поспешила в ответ Хьют.
– Не ссорьтесь, девочки, – Гринвей, как рефери на ринге, поднял, разделяя противников, руки. – Дослушаем лейтенанта.
– Спасибо. Выстрел в какой-нибудь деревянный брусок. Вы, наверняка, сделали выстрел на лестничной площадке между третьим и четвертым этажами. Оттуда он хорошо слышен, и оттуда вы в десять секунд достигали дверей своей комнаты. Но следовало забрать гильзу, а ее трудно сразу увидеть на темно-коричневом фоне. И для этого понадобился белый лак, который вы предусмотрительно подарили своей кузине. Несколько белых полосок на гильзе делают ее очень заметной.
Ширак скосил глаза на Гринвея со смешанным выражением опаски и восхищения.
– Браво! – Лео изобразил аплодисменты некасающимися ладонями. – У вас есть что-нибудь еще, лейтенант?
Не дожидаясь ответа, он встал и направился в сторону столика.
– Джойс, ты выпьешь?
– Не знаю…
Макс вынужден был повернуть к нему голову.
– Есть. Вас опознали как человека, арендовавшего автомобиль. Из него вы вели наблюдение за мистером Блейком.
– Всего-то?
– В ближайшее время мы найдем пистолет-дублер.
– Найдете. То есть, возможно. – Он уже собрался наливать коньяк из графинчика, но приостановился. – Возможно, вы там найдете атомную бомбу сороковых годов, но я не сбрасывал другую подобную на Хиросиму.
Было видно, как его спина и плечи стали подрагивать от смеха.
С полминуты Гринвей не отказывал себе в этом удовольствии.
Блейк, тем временем, встал, потянул пару раз назад плечами и прошелся разминочным шагом по зале.
Лео, наконец, выпил, поискал в вазочке шоколадную конфету и, определив нужную, отправил в рот.
– Вы не обратили внимания, что наш разговор не сопровождался протокольной записью?
Лишь теперь Гринвей повернулся лицом к публике, но ответил на вопрос Блейка только после того, как прожевал конфету и на прощанье ей чмокнул.
– Вели вы запись или не вели, не имеет ровным счетом никакого значения. Я уже не говорю о заключении присяжных, но даже обкуренный судья не примет к рассмотрению такое дело. – Гринвей не собирался возвращаться к компании, предпочитая разговор издали. – А почему вы не вели протокол, я был бы не против.
– Потому что неофициальная форма оставляет вам шанс выйти из положения.
– Агент, вам тоже нужно выпить. Мое положение неуязвимо.
– С формальной точки зрения.
– А есть какая-то еще?
– Да, например точка зрения мистера Чилвера.
– Не знаю этого господина.
– Зато он отлично знает, что вы пытались в компании с мисс Адамс выставить его соучастником убийства.
– Ха, думаете меня этим испугать?
– Совсем не тем, что он будет мстить вам ножом или пулей.
Гринвей уже поднес руку к вазочке за новой конфетой, но приостановился.
– Продолжайте, агент.
