— Я тебя услышал. Выздоравливай, барон, — я встал и направился к выходу, — А если дашь своим архаровцам команду собраться в одном месте и на полчаса прекратить охрану дома, то мы избежим ненужного кровопролития. Я забираю деда и забываю о твоей помощи в его грязных делах. Договорились?
Вместо ответа Греков достал из-под подушки рацию и прохрипел в неё:
— Я Грек, всем группам, кроме подземных, собраться в столовой. Резервным группам собраться там же. Охрана только по нижнему периметру. Как поняли? Приём.
Услышав начавшие поступать подтверждения, я вышел в коридор и пошёл в кабинет Старикова.
Дедушка сидел в кресле понурив голову. В которой без сомнения зрел очередной коварный план. Поэтому я просто зарядил в неё джетом, чтобы дед нам не мешал его эвакуировать. Насчёт его сердечка я даже беспокоиться не стал, такой кабан и меня с Ликой переживёт, даром что седой и немощью прикидывается. Коротко переговорив с Рысью, я вызвал флайер Кузьмы на соседнюю улицу. Доверяй, но проверяй. Особенно осторожно следует себя вести с человеком, который совсем недавно числился твоим врагом. Опасным и хитрым врагом. Поэтому мы с Рысью и дедом на моих плечах покинули дом точно таким же способом, как и пришли — Рысь в невидимости ушёл вперёд, откат на пять минут назад и он из будущего руководил нашим отходом через не просматриваемые в данный момент никем зоны.
Через полчаса мои гвардейцы уже выгружали бесчувственное тело князя в гараже особняка. Комнату я ему отвёл на втором этаже, но в другом крыле и с окнами, выходящими на тщательно охраняемый двор. Два волка остались с ним, а ещё двое дежурили в коридоре возле дверей. Хоть дед и лишился колец, управляющих родовым даром, но навыки первоклассного огневика я у него забрать не мог.
— Может быть объяснишь, что всё это значит?! — услышал я бархатный голос Лики, едва войдя в свою комнату, и мне в лицо прилетело что-то лёгкое и мягкое.
Я поднял с пола брошенную в меня газету. На первой странице был указ Георгия о приостановке работы некоторых видов связи, который ранее транслировался по телеканалам.
— Указ нашего Императора об усилении мер безопасности, — ответил я, недоумевая о вопросе Лики.
— Третья страница, Кирилл. И не надо мне тут мозги пудрить. Твоя работа?
Развернув газету я уставился на фотографию Влада Прозорова в траурной рамке. Фигасе, нежданчик. Быстро пробежав глазами некролог, я с облегчением выдохнул — погиб в автокатастрофе. Жора молодец, мне бы такого камердинера заиметь, но боюсь, что Берендей подсунет мне своего человечка, который будет докладывать ему о каждом моём чихе.
— Тебя что-то смущает? — я поднял глаза на Лику, — Многоликий нас учит, что от судьбы не уйдёшь. Не моя вина, что это случилось так скоро.
— Ты мне не ответил, Кирилл. Это ты убил Влада?
— Конечно. Я ночью спёр флайер Кузьмы Фёдоровича и гонялся по всему Питеру за этим ушлёпком. Ты так сладко похрапывала, что у меня совести не хватило тебя разбудить, чтобы и ты поучаствовала.
Лика недовольно засопела, но подозрительный взгляд никуда не делся. Ох, чувствую, что к этому разговору мы ещё вернёмся, причём, довольно скоро.
— Дома всё нормально? — поинтересовался я раздеваясь, чтобы принять душ.
— Тебя искал Синельников, попросил с ним связаться, как только ты объявишься. Кстати, вы где были?
— Причину не сообщил? — спросил я, проигнорировав её вопрос.
— Что-то по поводу оттока кадров.
Чёрт! Вот и начался исход волков из ЧВК. Как же не вовремя Император бросил клич о раздаче земель и титулов. Надо удержать хотя бы гвардейцев, но для этого придётся им довериться. С другой стороны они же доверились Синельникову и продолжали следовать присяге даже после уничтожения рода, которому они её давали. Такие люди имеют право на мою взаимность. Решено, завтра трубим сбор всех слуг рода — и военных и гражданских, и я сообщаю им, что род жив. Только вот где их всех собрать? Надо обдумать и желательно не в одиночестве.
— Нам стационарную радиостанцию ещё не привезли? — спросил я, стягивая трусы.
Лика помотала головой, уставившись на меня с плотоядной улыбкой. А ведь договорённость с Берендеем была, и он клятвенно обещал установить постоянную связь с ЧВК.
— Милая, тогда отправь посыльного в ЧВК, попроси Петра Ильича приехать сюда, — я уже открыл дверь в ванную комнату, когда меня посетила запоздалая мысль, — Заодно и папу своего позови, разговор и его будет касаться, может что присоветует.
А заодно и по мозгам от меня получит. Хоть посыльные и не ездили до самого адресата, а только доезжали до зоны уверенного покрытия ручными передатчиками, но время на это тратилось существенно. И Берендей об этом отлично знал. Значит у него возник интерес поприжать меня с быстрым получением информации. Интересно, зачем ему это понадобилось? Есть над чем подумать.
