Офелия махнула прозрачными ладонями, и вихрь из острых ледяных стрел полетел в сторону Блэки. Но недаром он был таким увёртливым, волчонок подставил Андреаса под ледяные стрелы, загородившись им, как щитом, обтянутым белоснежным мехом.
Офелия закричала и кинулась наперерез остриям, забывая, что её тело не сможет остановить предметы, и несколько стрел впились в тело волка, в остальные призрак бросила заклинанием.
Но Андреас превращался в человека, раненого, истекающего кровью. Он лежал на снегу, не пытаясь подняться.
Выживет ли он?
Бедная Офелия.
Я понимала её сейчас так, как никто бы не понял. Я вспомнила тяжесть тела умирающего Максима, и слёзы потекли по моим щекам, превращаясь в льдинки, ведь вокруг стало очень холодно.
Офелия бросилась к Андреасу, Финист сжал руки, крепко переплетая пальцы. Его лицо побледнело, глаза казались ярко-зелёными льдинами на белом снегу.
Всем было ясно, кто выиграл поединок, кого считать правым? И Блэки улыбнулся мне, поклонившись всем зрителям сразу. Судьба брата его не беспокоила. И правильно: волки живучие.
И почему Финист продолжает колдовать, как-то странно исступлённо бормоча заклинания?
Прозрачные ладони Офелии проскальзывали сквозь плечи Андреаса, оставляя лишь густой иней на его одежде. Но от холода он очнулся, застонал тихонько, приоткрывая глаза.
— Вы? Что вы здесь делаете? — спросил Андреас у Офелии, которой удалось обнять его.
— Финист? Ты что наколдовал? — я смотрела на моего братишку совершенно другим взглядом.
Превратить привидение в человека под силу только…
— Это ненадолго, — тихо ответил Финист, садясь в снег.
Я помогла ему подняться, подозвала Блэки и сказала ему:
— Отведи Финиста во дворец, — а сама подбежала к Офелии и сделала то, о чём так давно и горячо мечтала: обняла мою дорогую подругу.
От Офелии пахло лавандой. «Л — значит любовь», — вспомнила я её слова.
ГЛАВА 11 Четверо демиургов
Но Офелия в моих объятиях вдруг стала прозрачной, хотя я ощущала её тонкие плечи под своими чуткими пальцами. Я обернулась: Финист падал на снег, его не смог удержать раненый Блэки, зато подхватила Александра, пожала ладонь и подпёрла его всем телом. И Финист благодарно улыбнулся ей и Митилю, который подошёл с другой стороны, щёки моего братишки порозовели, глаза заблестели, ему стало лучше. А моё сердце дрогнуло и сжалось. Почему Финист с такой нежностью смотрит на Сашку? Она ему нравится? Я поняла, что ревную, что Сашка мне начинает казаться такой же противной и неестественной, как моя камеристка Анна с вечной приклеенной улыбкой на пухлых розовых губах.
— Офелия? — Андреас смотрел на девушку, не отрываясь.
Она пожала мою руку, когда я выпустила её из объятий и побежала за докторами-магами, взмахами рук ведущими тело Андреаса над землёй.
— Я забегу к тебе, только посмотрю, что и как с Андре, — шепнула мне Офелия.
Я направилась во дворец, решив быстро переодеться и навестить Финиста. Принц запрыгал вокруг меня, сияя глазёнками и радостно тоненько мяукая. Я остановилась и посмотрела на котёнка со слезами на глазах: «Только ему я и нужна».
Принц, словно подтверждая это, крепко вцепился в подол моего платья и, едва касаясь коготками ткани, взобрался на плечо. Ткнулся усатой мордочкой в щёку и счастливо затарахтел, как моторчик самоходной кареты. Так с пушистым рыжим комочком на плече и с корзинкой соков и пирожных, которые мне всучили на кухне для приболевшего бедняжечки-шута, я добралась вмиг до комнатки Финиста в одной из узких северных башен дворца.
Он рассмеялся, когда я вошла.
— Все меня решили навестить, а я отпросился у Викториана к себе, потому что совсем был плох, — подмигнул он Митилю, Александре, Неледиму, покрасневшему и быстро застегнувшему верхнюю пуговицу камзола, Максиму, который разливал что-то в высокие дымчато-лиловые бокалы.
— Вечеринка? — спросила я, отметив белую голову Блэки за креслом и застывшую, но совершенно живую Офелию на диванчике.
— Согласен, — весело кивнул мне Финист.
— Тогда пирожные и соки придутся кстати, — я выложила всё содержимое корзинки на стеклянный круглый столик, отодвинув бокалы.
— Приятель! — обрадовался котёнку Максим, подавший всем, кроме меня, вино и поманивший кота к себе на колени.
Принц предал меня с лёгкостью, соскользнув по платью на пол и прыгнув в протянутые руки.
Что ж, я помню, я — невезучая.
Максим сел на подоконник. Другие заняли кровать. Блэки так и пил вино на полу, задумчиво посматривая на меня из-под спутанных белоснежных волос. На его правой руке переливалось всеми цветами радуги лечащее заклинание, значит, успел забежать к докторам-магам.
