– Видишь ли… в чём дело, Гена , это место сейчас занято. И неизвестно когда освободится, – ласково произнёс Тутанхамон. И обернулся в сторону Сергея Николаевича. Фараон сейчас остро почувствовал, что ему нужен надёжный союзник.
– Да, Гена, на всё божья воля, – опять ляпнул Серёга. Он находился, мысленно, в эту минуту дома, в кругу семьи и рассказывал домочадцам, как они с Фараоном почти что подружились. И что теперь, уж точно, его карьера «пойдёт в гору».
– Ты что такое несёшь при детях??? – встрепенулся вдруг Фараон. Какая такая божья воля??? – и он в недоумении посмотрел на Серёгу. – Учу, учу вас что бога нет… а вы опять за своё?
– Ой, извините, извините мой, Фараон! – затараторил Сергей Николаевич, – что вы! Это у меня так, с языка сорвалось. Это я так, так сказать, по-народному выразился. У нас же как говорят: дай бог, не дай бог, на всё божья воля… бисмилла рахман рахим …
– Ох, чувствую загоните вы меня с этим Рахманом в могилу… – с голосом не принимающим извинений Серёги проговорил Фараон. И далее продолжи, уже, обращаясь к детям, в назидательном тоне:
– Запомните, дети, в нашей стране всё делается только по воли Партии!
Не успел Фараон закончить, как Серёга тут же вставил свои три копейки:
– И лично воли Фараона! – после его слов Тутанхамон повернул свой массивный череп в сторону пресс-секретаря и недоумённо уставился на него. Мол: "Кого?" Серёга, к своему удивлению, тут же оценил ситуацию.
– То есть вашей воли о мой, Фараон!
– Да, и моей воли… – теперь уже удовлетворённо произнёс Тутанхамон.
После последних произнесённых Тутанхамоном слов Серёга снова зашёл за спину Фараона и оказавшись у края ложи посмотрел в зал, нашёл там кого-то, глазами, и махнул ему рукой. И снова в зале раздались бурные овации. После чего пресс-секретарь, с почтением в голосе обратился к Фараону:
– О, мой Фараон, с вами народ хочет пообщаться.
Тутанхамон, с унынием, отметил «про себя» что сегодняшний праздничный концерт! как-то превратился в рутинный, рабочий день. А ведь так всё хорошо начиналось… и даже удалось немного вздремнуть.
– Да, дети. Мне пора с народом пообщаться, – утомлённо произнёс Фараон. И на несколько секунд завис. Потом повернул голову к Серёге и спросил у него:
– Что говорят в таких случаях? – поставив своим вопросом пресс-секретаря в полнейший тупик. Серёга за доли секунды перебрал в своей голове миллион разных ответов и весь свой жизненный опыт и почему-то сказал:
– А это… гуд бай мой, Фараон.
– Ну, гуд бай дети, – обратился Тутанхамон к пионерам. И после того, как фраза слетевшая с его губ достигла его ушей он понял, что сказал что-то не то. Каким-то шестым чувством он понял, что определённо «сморозил» чушь. Да, да он где-то, определённо, уже слышал эту фразу раньше… вот только где? И сейчас он ясно осознавал, что она совершенно не к месту, в сложившейся обстановке. Его мозг интуитивно напрягся и вдруг!
– А причём тут «гуд бай»? – спросил он с некоторым раздражением у Серёги, – я что? Из Америки улетаю?
Пресс-секретарь стоял и пускал пузыри. Ему уже отчётливо слышался голос тёщи, что он: «Как всегда, оказался дебилом и просрал хорошее место! Говорила я Зинке: наплачешься ты с ним ещё!» – И тут, неожиданно, Фараон пришёл ему на помощь:
– Ну, что ты говорил когда в пионерах был? – продолжал раздражаться Тутанхамон.
– А… это, – и камень упал с души пресс-секретаря. – Будь готов! – Всегда готов! О, мой, Фараон.
Тутанхамон повернулся к детям и принял, так по крайней мере ему казалось, ответственное выражение лица.
– Ну, будьте здоровы, дети! – как можно торжественнее произнёс Фараон.
– Всегда здоровы! – отсалютовали ему пионеры. После чего Сергей Николаевич пристально посмотрел на них и скосил свои глаза в сторону двери.
Не дожидаясь пока пионеры уйдут Фараон повернулся к ним спиной, сделал шаг и оказался у края ложи. Показав свой мощный торс своему народу. Народ же увидев лик «дорогого и горячее любимого» взорвался аплодисментами. «Леннон по такому случаю наверное бы сказал, что бабы трясут бриллиантами», – подумалось Серёге. Он в это время опять занял место в метре от Тутанхамона, законно полагая что ему не пристало стоять рядом с Фараоном в момент когда народ чествует своего лидера. Но вот ему опять стало казаться, что он слышит какие-то обрывки фраз. Что Фараон опять что-то там говорит. «А вдруг что-то важное?» – подумалось Серёге и он на свой страх и риск решил приблизится к Фараону.
– Хорошие у нас дети, – бормотал себе под нос Тутанхамон.
– Да мой, Фараон, очень хорошие, – стал подпевать ему Серёга.
– Достойное поколение подрастает, – продолжал Тутанхамон.
– Да мой, Фараон, очень достойное, – опять оседлал тему Серёга.
– Есть на кого страну оставить…
Тут пресс-секретарь несколько растерялся: «Что значит оставить? Оставить в смысле уйти? Или помирать собрался?.. Или меня проверяет?» – Он был в полнейшем душевном замешательстве. Но всё же собрался с духом и ответил:
– Да, мой, Фараон…
Глава X
Вдруг Фараон отвернулся от зала и не глядя на пресс-секретаря, а как будто говоря самому себе, несколько утомлённым голосом произнёс:
