Исследователи отправились в самую длинную экспедицию со времени высадки на Меркурий. Они надеялись дойти до предгорий высоких, скалистых пиков, угловатые формы которых вздымались над удивительно близким горизонтом. За ними неясно вырисовывался огромный, дынеобразный корпус их космического корабля из кобальта и стекла, покрытый пятнами света, отраженного Венерой. Корабль находился где–то в миле от них, но его хвост уже скрыла искривленная поверхность планеты.
Крейлей прокладывал путь медленно, вдумчиво, осторожно. Ориентируясь лишь на свет импульсной лампы, он медленно шел вперед, шаг за шагом, аккуратно сверяясь с показаниями электро–динамометра. Сама поверхность, по которой шагала группа, была предательски таинственна, в частности, они знали, что ее неравномерно покрывают шоковые точки, в которых сосредоточено чрезвычайно высокое напряжение. Один неверный шаг — и человек в скафандре заживо сгорит.
Эти шоковые точки были обнаружены несколькими днями ранее («днями» считались земные двадцать четыре часа, а не меркурианские), когда собака Крейлея наткнулась на одну из них. Ее тело превратилось в угли под сверкающим ночным небом Меркурия. Крейлей снабдил собаку миниатюрным скафандром для животных, дополненным кислородным баллоном, нагревательными элементами и грузом, и она убежала чуть вперед, натянув поводок, как делают все собаки, когда хотят погулять. Теперь Скотти стал мучеником от науки.
После этого исследователи тщательно изучили электромагнитные свойства коры, протестировав ее, пока все странные и угрожающие феномены не стали для всех очевидными. Из–за сильных помех, создаваемых точками, им приходилось передвигаться в тишине, так как использование радиосвязи стало, очевидно, невозможным.
*
Маленькая группа медленно продвигалась по слегка светящейся поверхности Меркурия. Людей окутывала инопланетная атмосфера, зараженная тяжелыми газами и ионизированная космическими лучами. Их кислородные баллоны оставались единственной защитой против разъедающих ужасов марсианского воздуха.
Гиббс Крейлей, думая об этом и о длительном путешествии, которое они надеялись осуществить, снизил потребление кислорода из баллона, и знаком приказал остальным членам экипажа сделать то же. Он знал, что когда поток кислорода ослабеет, им всем станет трудно дышать, но кислород здесь был ценнее, чем вода в земной пустыне, и они не могли себе позволить растрачивать его.
Мгновение спустя Крейлей с некоторым беспокойством заметил, что из всей группы только его жена не последовала указаниям. Он посмотрел на нее и указал на кислородный баллон. Она никак не отреагировала; поэтому, остановившись, он поднял свои динамометр и постучал штативом по ее баллону.
За толстым защитным стеклом шлема Крейлей увидел глаза Хелены, на миг расширившиеся от досады. Он знал, что она убеждена: в баллоне достаточно кислорода, чтобы проделать путь туда и обратно; они обсудили это до начала экспедиции. Очевидно, она не собиралась трогать вентиль; и, видимо, хотела упрекнуть мужа, постучав по его баллону в ответ.
В любом случае, она действительно подняла свой динамометр от земли и направила его в сторону Крейлея. Но когда металлическая палка поднялась вверх, а потом в его сторону — ученый внезапно застыл. Его электродинамометр зафиксировал невероятной силы заряд на пылающей земле прямо перед ним. И когда датчик Хелен коснулся его плеча, Крейлей бросился в сторону, обхватил колени жены и рывком оттащил ее в безопасное место.
К несчастью, юный Грейсон позволил себе отвлечься, заинтересовавшись странными действиями командира. На мгновение отведя в сторону детектор, он шагнул прямо в точку напряжения, оглянувшись через плечо на странное зрелище, которое представлял собой Крейлей.
На долю секунды Грейсон застыл в ярком круге света, который отбрасывал электрический фонарь. А потом виднелась только верхняя часть его тела — в слабом свете Венеры можно было различить судорожные взмахи рук. От вспышки пламени померк свет звезд.
Как сухие листья в доменной печи, ноги Грейсона мгновенно обратились в инертный пепел. Затем верхняя часть тела юноши рухнула в сторону Ситона. Потрясенный инженер на мгновение окаменел. Он просто стоял, вытянув свой детектор, как будто один лишь прибор, изготовленный человеком, мог дать ему защиту, когда все остальное не оказалось бесполезными.
За ним остальные члены группы в ужасе вышли вперед. Сквозь защитные очки они видели отвратительное зрелище безногого тела, взорванный скафандр, отлетевший вправо, на сверкающее красное поле, свет от рыжеватых волос гальванически распространялся. Тело крутилось быстрее и быстрее — и затем пламя милосердно охватило его.
