Она помылась и спустилась с третьего этажа клуба вниз, к Юрцу. Обычно по вечерам муж собирался на первом этаже в небольшом отдельном зальчике с братом и друзьями, чтобы побороться и побоксировать. Вот и сейчас они с Борей и Герой увлечённо молотили груши. Полина встала неподалёку, попивая аминокислоты — тоже по совету Юры — и наблюдала за тренировкой.
Полина мало понимала в боксе, но и непосвященному было ясно, что Юрец отлично дрался. Его удары прицельно сыпались на грушу, а та болталась и отлетала. Дробь попаданий напоминала выстрелы. Полина то и дело смаргивала, пугаясь. Грустноглазый веснушчатый Гера то и дело тёр взмокшую голову — кажется, после груш его ожидал спарринг с Юрцом, и он уже начал психовать. Борец изредка получал указания от брата, как лучше бить, и смотрел ему в рот. Полина знала, что после смерти матери Юра стал для Бори опекуном и учителем. Тот ведь перенёс потерю совсем маленьким…
Потом они-таки встали с Герхардом в спарринг. Муж мельком увидел у угла зала Полину и одарил её горячим взглядом. Озорно подмигнул и побил себя по чёрному шлему перчатками. Гера Шарнхорст, его друг, такой же рослый и по виду более крепкий, покрутил шеей, разминая мускулы, встал в стойку и бодро запрыгал. Юра последовал его примеру. Боря отошёл к Полине, стянул шлем и бросил ей:
— Спорим на «Рафаэлло», Юрец Геру за три минуты устряпает?
Полина чуть кивнула уголками губ. Можно было бы поспорить, если бы оставался хоть какой-то шанс. Но Юрец не дал его лучшему другу в поединке. Он теснил Геру за маты, напористо и ожесточённо, и, даже умело подныривая, тот не мог достаточно уклониться от шквала сыпавшихся на него ударов. В конце концов одна точно всаженная перчатка опрокинула противника и заставила перекатиться по мату. Юра торжествующе запрыгал и помог Герхарду подняться.
Полина захлопала в ладоши. Ей не нравилось насилие, но… Было в муже что-то, за что им точно стоило гордиться.
Вторник в «Экзотерике» ознаменовался тем, что Иринка попросила поменяться сменами. Ей срочно нужен был четверг, и она умоляла Полину забрать его, а вместо — отдать субботу.
— Тебе же наверняка хочется побыть с мужем на выходных? Соглашайся! А то я никогда зубы не починю!
И Полине бы сказать, что суббота ей ни в хвост, ни в гриву не упёрлась, но не хотелось посвящать коллегу в свои семейные неурядицы.
Она согласилась. Отработала три дня, как миленькая, а в пятницу решила поговорить с Юрой вечером и упросить остаться с ней. Или напроситься с ним. Жена она ему или кто? Решение заставило Полину нервничать, и чтобы сбросить напряжение, она отправилась колесить по городу, благо погода наладилась.
«Что сложного в том, чтобы провести выходные вместе? — думала Полина, вертя педали. — Если я ему дорога. Если мы — семья. Нужно быть настойчивой. Он же умеет быть настойчивым?»
…Юра сделал ей предложение сразу после первой совместной ночи. Вернее, попросил Полину познакомить его с родителями. И, сделав вид, что впервые у них дома, припёр большой вкусный торт. Полина немного остерегалась такого рвения, но это она ещё не знала основной цели визита. Папа встретил Юру бдительно, но дружелюбно. Поправил очки, протянул руку с порога. Мама жалась чуть поодаль.
— Андрей Васильевич, Екатерина Дмитриевна, очень приятно, Юрий. Очень, очень приятно! — Он держался на адеквате, и Полина уже перестала подозревать неладное, но не тут-то было.
Когда все расшаркались и разлили чай по чашкам, Юра взял, да и брякнул абсолютно серьёзным тоном:
— Андрей Васильевич, я прошу руки вашей дочери.
Полина с мамой синхронно ойкнули. Папа смутился, поперхнулся чаем и покраснел так, что слился цветом со своими извечными веснушками.
— Кхм, молодой человек, вы уверены в своём решении?
— Более чем!
— А… Что об этом думает Полина? — папа загнанно уставился на дочь. В его светло-зелёных, точно, как у неё, глазах-виноградинах стоял немой вопрос, который она сразу угадала:
«А как же Максим?»
И жажда мести возобладала в ней над здравым смыслом. Полина взяла Юру за руку, заставив томно задышать.
— Я согласна!
Папа опять поправил очки. Это был обычный жест его нервозности.
— И… Сколько же вы… Вместе? Поля? Ты нам с мамой не говорила про Юрия!
Мама только кивала, широко глядя и прижимая кулачки ко рту.
— Неважно. — Юрец отрубил со всей решительностью. — Я жалею, что не сделал ей предложение при знакомстве. Целую неделю потерял!
Мама ахнула и попыталась что-то возразить, но папа, почти скопировав Полинин жест, положил ладонь на её руку.
— Можно подумать, я за тобой дольше ухаживал!
— Солнышко, год ухаживал! — напомнила мама.
— И? Год потерял! В наше время молодежь более решительная, что радует. Юрий, пройдём со мной. Надо потолковать по-мужски.
Папа увел Юрца к себе в кабинет и там порядка часа допытывался кто он и откуда, пока Полина с мамой сидели тихонями у дверей. Но когда мужчины, наконец, вышли, оба взмокшие от дискуссии, папа сказал:
— Катя, мы договорились. Я в нём уверен. Отдадим Полинку. Это сокровище. Лучше она всё равно не найдёт.
