Муж посмотрел так, что стало ясно: не шутит. Сразу как будто чёрная ночь заслонила собой розовые сумерки. Даже луна спряталась за деревьями. Осознание поднялось изнутри Полины волной ледяного страха.
Папа… Его искал альянс. По наводке близкого Юре друга.
— Посиди тут. Я разбираться.
Полина замерла на мостике в растерянности, но потом подскочила и посеменила за мужем. Нет уж, дудки!
— Герхард, ЭрБи, в машину, быстро!
— Что за суматоха, брат? — Шарнхорст, желая успокоить гамму-один, развёл руками. Юрец грозно мигнул в сторону «Бэхи». Эрик лишь повёл бровью и смиренно проследовал за товарищами. Юра, запихав их в машину, хотел дать по газам, но Полина успела занять переднее сиденье.
— Я велел тебе остаться здесь!
— Меня это касается, Юрец! За моим отцом приходили крысы!
Призраком мимо отъезжающей машины мелькнул Феликс, но Юра успел объехать его и умотать на шоссе. Ревел мотор, двое гамм сзади молчали, как покойники, Полина гладила Юрино плечо, а тот вёз их в никуда. Спустя пять минут срулил в лес и остановился.
— Raus hier.?
Оба друга вылезли на объятую туманом поляну посреди хвойника.
— Wer von euch hat das getan? Wer von euch hat die Informationen dem Konig verschmolzen??
Полина увидела, как от шока расширились Герины острые глаза, и как Эрик раздул ноздри, словно готовый обороняться.
— Dem Konig? — Забормотал Гера. — Mein Bruder, was sagst du so? Wie es moglich ist, uns so etwas vorzulegen! Вei Mark Erinnerung…?
— Erzahl mir nicht von Marks Erinnerung!? — Юрец выставил резцы на лучшего друга. — Gattin!… Кхм. Жена! Что с твоим отцом?
— Он исчез из дома на машине, а после приходили ваши!
— Что вы скажете на это, гаммы?
Герхард в неприкрытом недоумении переводил взгляд то на Юру, то на смотрящего деревьям в корни Эрика. И тот желчно, обречённо усмехнулся предводителю:
— Скажу, что мы все в заднице, брат. Я пытался спасти наши шкуры, да не вышло.
— Что ты имеешь в виду? — Юра набросился на Бретцеля, схватил за грудки и припечатал к стволу сосны. — Это ты доносил альянсу? ЭрБи! Ты, scheisse?!
Эрик, болтаясь в воздухе, встретил его бешеный взор открыто и спокойно.
— Я.
— Arschloch… — Это ругнулся за плечом у Полины Герхард.
— Я сдам тебя альфе, — прорычал, как заколотил гробовые доски, Юрец, отпуская его.
— Это твоё право. Но знай, — Эрик ссутулился у дерева под скрежет сверчков, — я сделал это ради вас.
— Что ты несёшь!!!
— Я пошёл на сделку с альянсом. На похоронах Марка. Юрец. Этот наш красавец-Эрфольг, он ничем не наградил его подвиг. Он же… Услал его отца в дельты. Понизил, за всё то, что они сделали! А Марк заслуживал чествования, хотя бы посмертного! Понимаешь? И то, как альфа подставил тебя с заявлением на совете. Он же тебя использовал, чтобы в случае провала сказать: «о, простите великодушно моего гамму, он малость не в себе. А если гневаетесь, накажите его, я не возражаю!» В результате половина стаи считает не его, а тебя придурком!
— Halt die Fotze!
— Нет, пусть говорит! — Это опять был Гера, со скрещенными руками наблюдавший ход разборки. — Очень интересны его мотивы!
— ЭрБи, как ты можешь! — Юрец взрывал полуночную тишь криками, звеневшими у Полины не в ушах — на струнах натянутых нервов. — Эрфольг сделал для меня неоценимо много! Он платил за реабилитацию, помог мне выздороветь…
— Чтобы сунуть самоотверженную крыску под зубы альянса! — ощерился Эрик. — Разунь глаз, Юрец! Ты ему выгоден, как никто! Ты уже доказал свою преданность! А Эрфольгу она важна, как и его статус! Но он попёр против тех, у кого невозможно выиграть! Да, я пошёл на сделку с королём, потому, что мы загибаемся с этой рыбой! Потому, что можно было сбить цену, но Эрфольгу яйца жмут сильнее, чем благополучие стаи! Потому, что моей малышке год, и она не успела попробовать на зуб ничего прекрасного! Потому, что вы мне дороги, как был дорог Марк! И я не хотел для нас троих его участи. Я договорился… За помощь альянсу — неприкосновенность города, наших семей и ранги бет для нас при переранговке. На Эрфольга рассчитывать не приходится. Это я подал королю идею с чумой и отвлечением твоего внимания на неё, — Полина ахнула от того, как на неё легла тень от пальца Бретцеля, — это я сообщил агентам альянса о дудке крысолова.
— Кошачьи когти, ЭрБи!!! Ты выдал им мою жену!
— Она до сих пор невредима, это тебе о чём-то говорит?!
— Пока невредима! Ты не подумал, что король не был честен с тобой, что он не пожалеет города? Что его заверения голословны?! — Юрец схватился за виски и принялся их тереть, чтобы осознать услышанное.
— Как и ты веришь, что Эрфольг при сдаче города не откроет все шлюзы системы и не затопит его?! — Насел Бретцель. Обычно тихий и сдержанный, сейчас он говорил пламенно и обличающе. — Да ты что? Ты всё считаешь альфу благородным и милосердным? А ты знаешь, с чего начался бунт у кошек?
— Не затрагивай эту тему, подлец! — налитым кровью глазом зыркнул на него Юра.
