На экране появилась Делайла, которая гуляла по роскошному саду семейной усадьбы ее жениха, а Эндари начал снова напевать песню:
— Много я пролила крови и слез…
— Много ли я пролила уже крови, — автоматически поправила его я.
— Так ты все-таки знаешь ее! — ухмыльнулся он.
— Да, знаю, — буркнула я в ответ.
— А строишь тут!
— Ничего я не строю!
Он примирительно похлопал меня по плечу, и я отвернулась от него, чтоб посмотреть, как глупая Делайла опять страдает.
В середине серии Эндари пришла смс, он открыл ее и нахмурился.
— Нам опять надо куда-то идти? — спросила я.
— Нет, мое второе задание.
— Ты уходишь?
— Да. Внимательно досмотри серию, завтра спрошу, сколько раз Делайла плакала или целовалась.
Я кинула на него обеспокоенный взгляд. Эндари был не очень доволен тем, что его вызывали срочно куда-то. Я закусила губу и… не знала, что сказать.
— Удачи!
— Поцелуй на удачу? — он сощурился и улыбнулся.
— Обойдешься сегодняшним и единственным. Надеюсь его хватит тебе с лихвой.
— О, я уверен, что удачей зарядился на всю жизнь. Но удачи много не бывает!
— Вон! — крикнула я.
Он тихо засмеялся и вышел из квартиры.
Я досмотрела серию, вымыла посуду, сходила в душ. Иногда мои мысли возвращались к капитану, и я спрашивала саму себя, все ли с ним в порядке. Потом ругала саму себя за лишние мысли.
Я погасила свет в надежде выспаться наконец. Проветрила комнату и легла спать.
Но моим мечтам о здоровом сне не было суждено сбыться. Наверное, пора перестать мечтать, все равно никогда ничего не исполняется.
Меня разбудил в два часа ночи вызов на телефоне. Он отличался по звуку обычных звонков. Я быстро подскочила в кровати, взяла мобильник в руки и нажала кнопку принято. Я оделась за пять минут, закрыла квартиру и побежала в гильдию.
Кто-то нажал кнопку вызова рядом с моим именем, а в телефоне была смс от Лоуренса:
«Николетт, жива, ранение».
Я влетела в мед. кабинет не глядя, просто снеся дверь, от чего она съехала с петель.
Лоуренс успокоительно помахал ладонями вниз.
— Успокойся, время есть. Я вколол ей замедление.
Мой взгляд бросился на кушетку, где лежала Николетт. Я сделала медленный вдох и выдох, призывая себя успокоиться. Подошла и рассмотрела ее. Рядом с ней лежала балаклава, поэтому волосы в хвосте не пострадали, как и лицо, но вот тело…
Ожоги были повсюду, кожа где-то свисала лоскутками. Я наклонилась к ней и рассмотрела раны, в них была зеленая слизь.
— В моей кабинет неси ее. Живо! — скомандовала я. — Возможно, придется прямо сейчас изготавливать антидот.
Лоуренс кивнул и повез кровать на колесиках за мной. Я открыла кабинет, включила везде свет и показала на свою кушетку. Он перенес аккуратно тело Николетт, которая была без сознания. Я нажала на педаль, и кушетка поднялась до высоты операционного стола, подключила еще одни лампы, надела перчатки.
Нужно было сначала вычистить все.
— Что случилось? — спросила я.
— Она следит за музеем, там произошел взрыв на складе. Видимо, чего-то токсичного.
— Судя по зеленому цвету — это апатурин, токсин, с добавлением вытяжки бабочки апатурины.
Нельзя было просто полить ее очищающим раствором, он лишь сожжет ей всю поверхность кожи вместе с апатурином. Я достала обычный хлоргексидин и стала счищать все инструментами, поливая при этом из бутылочки.
Хорошо, что Лоуренс вколол ей замедление. Оно замедляет все процессы в организме, поэтому она так медленно дышит, кровь по венам не так быстро движется, но и яд не распространяется быстро.
Я проверила ее спину, руки, ноги, шею, живот. Пришлось раздеть почти всю, Лоуренс тактично сел за стол и иногда подавал то, что я просила.
Когда большая часть скопившейся слизи с токсином была устранена, я уже полила очищающим раствором без страха, что ее кожа воспалиться сильнее. Жидкость зашипела на ранах, но я продолжала промывать, видя, как идет от ран светло-зеленое испарение. Я отошла и включила вытяжку.
Не хватало еще надышаться это гадостью!
Когда раны перестали шипеть, я сделала переливание крови, вколола антидот от замедления. Организму теперь нужны силы на восстановление. У Николетт стала подниматься температура, так что я вколола обезболь и жаропонижающее. В маленькой дозе, все-таки температура помогает убивать вредные вещества в организме.
Я стала накладывать сраститель, искусственную активную ткань, которая врастает в кожу, помогая нарастить защитный слой, а затем растворяется. На особо крупные ранения пришлось накладывать швы.
Лоуренс иногда приносил мне попить, я в забытии на автомате делала глотки и дальше продолжала тонкое дело.
Когда все ткани были более-менее восстановлены, я взяла у нее анализ крови. Часть токсина еще была в организме, поэтому надо было сделать противоядие, чтоб обошлось без последствий в виде разъеденных органов. Изнутри убрать яд сложнее.
