Во второй коробочке был похожий комплект, но с янтарем. Кстати — тоже красиво, еще и работа намного изящнее. Если рубины кричали о своей стоимости и размерами, и тяжестью оправы, то янтарь был вставлен в тоненькие цепочки, которые позволяли показать всю красоту полированных бляшек. Красиво, как в Калининграде, куда во времена оны ездила Маша! Солнечный такой, искристый… и диадемы тут нет. Есть цепочка на лоб, с которой свисает янтарная капля. Фероньерка, кажется… и не шпильки, а гребень с янтарем. Явно мастер сделал.
А еще…
Вот теперь Мария ахнула от восхищения. В вазе из разноцветного стекла, напоминающей застывшую морскую пену — редкость по нынешним временам, тем более, когда так тонко сделано, стоял букет белой сирени, перевязанной белой же лентой. Красиво, элегантно, со вкусом.
Насладиться запахом цветов Мария не успела, в комнату вошел король.
— Ваше величество, — тут же присела эрра Линда.
Мария повернулась.
— Иоанн? Эрра, вы можете быть свободны.
Та послушно нырнула за дверь, правда, прикрывать ее до конца не стала. Мария этот маневр заметила, но исправлять не пошла. Пусть подслушивают, если уши чешутся! Заодно и она сама удержится от разных дел нехороших. Не покусает супруга!
А вы что подумали?
Сначала Мария восхитилась красотой гарнитуров, а потом… потом ей стало противно. Она что — бордельная девка? Чтобы с ней переспали и плату за услуги вручили?
Грррр!
Змеи рычать умеют? Да, если захотят.
— Вам понравились мои подарки, ваше величество?
— Сирень — очень — честно ответила Мария.
— Сирень⁈
Вот теперь удивился уже Иоанн.
Мария тоже посмотрела на него, как баран на новые ворота.
— Позвольте. А ЧТО именно вы прислали? Вот из всего этого?
— Рубины, — оторопело ответил Иоанн. И предсказуемо разгневался. — Было что-то еще⁈
— Да, — Мария кивнула на янтарь и сирень.
Иоанн налился гневом, как индюк, только что «сопли» под носом не хватало. А то бы и ее раздул, и забулькал, разыскивая гневным взглядом соперника.
— Кто посмел⁈
Мария пожала плечами.
— Не знаю. А там записочки нет?
В вазе ее точно не было. И в янтаре не оказалось. Иоанн раздулся чуть не вдвое.
— Да я… да вы…
Мария даже ресничками похлопала.
— Я⁈
— Вы… если бы вы не давали повода!!! — зашипел его величество, эмпирическим методом вычислив крайнего. Мария фыркнула.
— Я пока и не давала. Повода. А вот вы, дражайший супруг, где-то мой развод потеряли!
Иоанн чуточку сдулся.
То ли часть воздуха выпустил, то ли сообразил, что это замужним женщинам такие подарки делать неприлично. А вот тем, которых выгонять собираются, тем очень даже можно. А что?
Супругу не надо, так может, еще кому сгодится?
— Пока ты еще моя жена и королева! Так что изволь вести себя прилично!
— Меня кто-то в чем-то обвиняет?
Интересно, что это за самоубийца?
— А КТО тебе все это подарил?
— Мне поклясться, что я не знаю? — сверкнула глазами Мария. — Но хорошо, что вы пришли. Так вот, дражайший супруг! Заберите ваши побрякушки, пока я их в окно не выкинула!
— ЧТО⁈
— Что слышал! — прошипела Мария, вспоминая, почему злилась. — Ты меня к продажной девке приравнял⁈ Переспала — получи кошелек в благодарность⁈
Иоанн даже опешил.
— Н-нет… я просто хотел тебя под… порадовать.
— Подкупить? — угадала Мария. — Или что?
Иоанн замялся.
Раньше как-то просто было. Переспал с женой или с любовницей, подарок сунул — и всё отлично, все довольны! А сейчас что Марию не устраивает?
— Дорогой мой, — поняла его неуверенность женщина. — Мы — разводимся! Да, получилось так, что мы сглупили, я не снимаю с себя вины за то, что произошло, но мне было неприятно. А вот эта подачка… короче — забери и подари Дианочке! Два раза!
Иоанн злобно засопел.
— Дианочке, значит?
— Да!
— Неприятно?
Мария фыркнула.
— Да!
Дело было не в размерах Иоанна. Чуткий и внимательный любовник может выглядеть хоть полной квазимордой, и быть кривоногим страхозавром шарообразной формы — это неважно! А вот отношение к женщине… полученное Марией удовольствие было результатом стресса, а не действий супруга. Гормоны выхлестнулись в кровь диким количеством, и получилась вспышка. А так-то, вспоминая происходящее… на очень паршивую троечку!
Иоанн так привык, что он сокровище для любой женщины, что даже не давал себе труда что-то показать в постели. Действовал прямолинейно и скучно. Не любовник, а отбойный молоток.
— Сама напросилась!
Иоанн сгреб парюру, что-то злобно прошипел — и вылетел из комнаты. Мария пожала плечами.
Она даже не сомневалась, что вечером эта парюра будет на Дианочке. Ну и что?
Пусть будет, ничего лучшего эта девка и не заслуживает. А она…
Если бы Иоанн хотел ее порадовать, подарил бы украшения сам. Мог прийти с утра, мог что-то сказать… еще как мог! Он — не сделал!
