— Надеюсь, ты готова к тому, что тебя ждет, — Галинский, одетый в лучший костюм резко обернулся и внимательно посмотрел в глаза девушке. Ей даже показалось, что он хочет найти ответы на какие-то свои вопросы. Вот только ее глаза молчали. Как и она сама. — Яна, — он тяжело выдыхает и кладет горячие ладони ей на плечи. Рыбаковой даже кажется, что они обжигают ее кожу и оставляют там некрасивые волдыри, но она не могла скинуть руки своего лучшего друга, — ты безумно умная и хитрая. Я знаю, как долго ты стремилась к этому титулу, и хочу напомнить тебе еще раз, что я всегда на твоей стороне и всегда-всегда буду тебе помогать, — девушка хмурится, ведь она не понимает к чему эти слова. О чем он говорит? Или правильнее сказать: на что он намекает? Ее левая бровь вопросительно поднимается вверх, и девушка от непонимания прикусывает губу. От этого жеста у ее друга перехватывает дыхание, но он продолжает говорить, даже не останавливаясь. — Если честно, ты лучшая девушка из всех моих знакомых. И я безумно горд, что сейчас именно я к тебе так близко, — Ярослав отводит взгляд и морщится. «Вот только жаль, что ты не позволяешь быть ближе…» — хочется ему додать, но он быстро отталкивает эту мысль и пытается продолжить. — Всегда помни, что я люблю тебя, и все ребята за этими дверями, — он отворачивается к большим, массивным деревянным дверям, а тогда продолжает смотреть Яне в глаза, — меня поддержат. И я хочу в последний раз спросить: ты действительно хочешь быть королевой? — Рыбакова, словно зачарованная, смотрит, не отрывая взгляд, вперед, а тогда облизывает пересохшие губы.
- Да, я уже ко всему готова и на все согласна…
Наверное, общество услышало и запомнило ее слова, ведь через несколько дней она уже дышала по их указанию.
— Ты выглядишь восхитительно, словно сама королева, — Андрей скользит взглядом по длинному, довольно пышному темно-изумрудному платью. Этот цвет не только подчеркивал ее цвет глаз, но и немного отливал золотом, поэтому все украшения на ней были исключительно золотыми. В цвет платью ее руки прикрывали кружевные рукава, но, тем неимении, глубокое декольте приковывало взгляд. Платье плотно обтягивало округлую грудь и тонкую талию, а дальше свободно спадало вниз. Таким образом этот наряд подчеркнул все достоинства девушки. Она смотрелась очень элегантно и роскошно. Волосы Яна подколола наверх, оставляя только подкрученные прядки, которые красиво обрамляли лицо. Темно-зеленый макияж акцентировал внимание на глазах и создавал некий загадочный образ. — Разве не на коронацию так одеваются?
— Мне очень льстит твое внимание на моем внешнем виде, — Яна ехидно улыбнулась, немного кивнув. Даже в таком спокойном образе в ее глазах плясали мелкие черты. — Но корона мне совершенно не нужна, тем более, когда… — девушка сделала интригующую паузу, рассматривая двух других парней, что так внимательно наблюдали за ней. Яна видела ребяческий и веселый взгляд Данилы и довольный взгляд Артема, но она видела там глубоко в его глаза вину, которая топила привычную Мечникову лукавость.
— …у тебя уже одна есть, — закончил за нее Артем, и трое пар глаз внимательно уставились на него. Яна смотрела с полуулыбкой, а вот парни с любопытством. — О да, эта девушка далеко не белая и пушистая. Бывшая королева в своей прошлой школе теперь метит на трон и в нашей, — он подмаргивает ей, и их улыбки встречаются. Артем не говорил это осуждающим голосом, а просто констатировал факт. Маленький отступ с биографией подруги подействовал на Данилу и Андрея замораживающее. Они словно замерли или потерялись в прострации. — Хотя я думаю, ты будешь прекрасной королевой. Чувство справедливости и умение управлять толпой у тебя в крови. Это отличные качества для новой элиты, — парень пожал плечами и отвел взгляд.
говори со мной как вначале,
где мне не знакомо твоё
«прости».
где мы друг на друга
никогда не кричали,
говори со мной.
ты можешь меня спасти.
время несправедливо и беспощадно.
я принимаю любой его результат.
ты только, говори со мной,
ладно?
…
если меня не станет,
значит на меня
молчат.
© dykhanov_eduard
— Ребята, зовите всех, — Екатерина Евгеньевна обратилась к компании подростков, которые принимали участье в первом вальсе этого бала. Женщина бросила взгляд на свои наручные часы и немного нахмурилась, — через несколько минут начинаем танец. Те, кто не успел добежать — не танцуют, — Екатерина строго посмотрела на всех, а тогда мягко улыбнулась. Она — единственна учительница, что находилась в зале. В силу возраста, внешности и современности Максим небрежно кивнул, когда директор попросил (!) его о том, чтобы хотя бы одна учительница осталась в школе и могла присутствовать на балу. Катя — его хорошая знакомая и даже подруга, она точно не сделает плохо. — И не налажайте, ребят. Я верю в вас, — хоть и женщина не считала своим призванием быть педагогом, но к этим детишкам она уже знатно привязалась и к многим испытывала крепкую дружескую симпатию.
