Твой ход, аниран полностью

Я перевернулся на спину и уставился в облачное небо. Холодное солнце плавало где-то у горизонта. Я даже поёжился, лёжа на песке. Ведь одновременно с мыслями о холодном солнце порыв ветра стегнул меня струёй не менее холодного воздуха. Тогда мне стало понятно, что сейчас явно не лето.

Но больше всего меня взволновал очередной странный шум. Мне показалось, что я слышу хруст песка под чьими-то ногами. Монотонный такой хруст, с определённым интервалом. Будто кто-то идёт по берегу, приближаясь ко мне.

Я попытался повернуть голову в сторону, откуда шёл шум. Но внезапный яркий белый свет ослепил меня. Я закричал и зажмурился, одновременно растирая глаза и сражаясь с болью. А затем услышал, как шум прекратился: кто-то стоял прямо надо мной.

С опаской открыв глаза, ибо ожидал очередную ослепляющую вспышку, я повернул голову: в нескольких сантиметрах от моего носа стояла пара сапог. Добротных таких, из крепкой кожи сшитых. С толстой подошвой и шпорами. Но поскольку сапоги сами по себе не ходят, я моментально сообразил, что у них есть хозяин. И медленно повёл глазами вверх.

Но обладателя сапог я не смог рассмотреть. Образ был размытый, и из-за спины бил тот самый яркий свет. А твёрдая подошва одного из сапог медленно поднималась, словно её я поднимал собственным взглядом. И когда я прищурился, чтобы хотя бы попытаться рассмотреть хозяина, подошва устремилась навстречу моим глазам. Наступила и безжалостно раздавила.

***

Я вскрикнул. Проснулся от собственного крика и уселся на походной кровати. Испуганные Иберик и Сималион, копошившиеся возле костра, согревавшего наш переносной дом, уставились на меня.

- Плохой сон? – поинтересовался Сималион. Он прекрасно знал, что мои сны всегда несут какую-то информацию.

Я облегчённо выдохнул и вытер потный лоб. Всё же это реально сон. Никто не выдавливал мои глаза кожаной подошвой.

Но, ясен пень, сон непростой. Ничего подобного я уже сто лет не видел. Мне вообще сны крайне редко снились с тех пор, как на моём пути стал Томмазо Ди Дио. Я переступил через него, получил похвалу от сидящей внутри твари, и много-много ночей спустя убедился, что аниранов в Астризии не осталось. Ибо никто меня больше никуда не гнал, никто ни за что не восхвалял.

И вот, наконец, перемены.

- Он здесь, - тихо прошептал я. Выбрался из под тёплого одеяла и поставил ладони перед костром: ладони были ледяные.

- Он здесь? – брови Сималиона удивлённо изогнулись.

- Да. Во сне мне намекали, что пришёл тот, кто способен раздавить мне голову, - пробурчал я в ответ. – Он здесь. Он на территории Астризии. Белый Великан высадился на берег.

Сималион и Иберик промолчали. Возможно, в глубине души они надеялись, что информация, полученная от раскаявшегося Гвелерга, не подтвердится.

- И я боюсь, что подобные сны способен видеть и Гудмур, - тихо прошептал я.

- Милих, - выбив меня из задумчивости, в крошечный шатёр, где мы умещались вчетвером, ворвался Феилин. – Отлично, ты уже проснулся. Мастер-коммандер послал за тобой. Прибыл сирей из столицы. К каждой ноге по увесистому футляру привязаны. Наверное, что-то важное.

- Идёмте, - я принялся одеваться. – Может, пришло подтверждение моих предположений…

В походном шатре главнокомандующего тоже было тесно. Несмотря на то, что его шатёр размерами раз в двадцать превышал размер шатра посланника небес. Но в этот раз командиры, привыкшие постоянно что-то обсуждать и спорить, слушали с закрытыми ртами.