Попытка номер два. Собравшись с силами, я уже собралась чмокнуть повторно эту девственную барышню, что стоит передо мной и глазки уже прикрыла в ожидании, как заметила черную фигуру позади Влада.
Кто-то стоял на другом конце поляны, в тени деревьев и наблюдал за нами. Сначала я чуть не родила, но потом, присмотревшись, узнала эту высокую стройную фигуру. Там, не так далеко от нас, стоял Ярослав и с равнодушно наблюдал за нами.
Я не могла рассмотреть его глаза, но почему-то знала, что в них разом погасли все звезды, и ещё я видела в них боль, хоть его лицо и выражало всемирную безэмоцианальность. И почему-то мне стало мерзко, от себя, от этой всей ситуации. Я как раз собиралась оттолкнуть Влада, но тут это полено ожило и само ринулось в бой, смяв мои губы в поцелуе.
На секунду я закрыла глаза, пытаясь втянуться в процесс, но чувствовала только отвращение к самой себе. По ощущениям я словно милого младшего брата целовала. Или щеночка.
Прервав поцелуй, я первым делом посмотрела за плечо Влада, выискивая Яра, но его там уже не было.
— Теперь ты мне поможешь? — Спросил красный, как рак, Влад.
— Да. — Сказала я, продолжая смотреть на место, где стоял Яр.
Возвращалась на полянку я с понурой головой. На этот раз никто меня не тащил, плелась за Владом сама. Парень постоянно отводил взгляд и не смотрел в мою сторону. А меня не покидало чувство, что я все испортила.
— Дети, вы сегодня постоянно где-то не в пределах нашей видимости ходите. — Защебетала тетя Катя, увидев нас.
Мы расположились около костра в дружной компании. Только Яра не было.
— Да. — Поддержала моя мама женщину. Я как раз в этот момент села рядом с ней и дядей Андреем.
— Вы что-то от нас скрываете? — Вроде не всерьез спросила Катерина, но огоньки в глазах выдавали ее интерес.
— Мам, хватит. — Сказал раздражённо Влад, стягивая с импровизированного столика еду, приготовленную нашими мамами. Честно говоря, я была поражена: наши мамочки оказывается, умеют готовить. Никогда до этого не ела ничего сделанного собственными руками матери, а уж Катерины и подавно. До этого в доме Аниковых, как оказалось, готовил личный повар, который был подобен тени. Настолько незаметный.
— А что ты мне рот затыкаешь? Я же за вас волнуюсь, мы же находимся в условиях дикой природы.
— Ты сама нас сюда потащила, уверен, никто из здесь присутствующих не желал идти, сама же всех подговорила. — Бухтел парень, снова начиная зло посапывать и одновременно пожёвывать лист салата.
Сейчас он мне очень сильно напоминал недовольного кролика. Вообще при всей своей напускной серьезности парень еще был мал и никак не мог преодолеть ту дверь, что впустила бы его в взрослую жизнь.
Я, наверно, тоже…
— Мы уже здесь, Влад, и нет смысла показывать свой характер. — Встал Андрей на защиту своей жены.
И пока родственники выясняли отношение, моя мама кормила меня, подкладывая в тарелку мне все больше и больше различных продуктов. И я жевала, постепенно ощущая себя все толще и толще, еще бы чуть-чуть и меня можно было бы покатить как шарик.
— Кушай, — тихо сказала мне мама, втюхивая кусочек мяса мне чуть ли не в рот. Я лишь обреченно вздохнула и продолжила пережёвывать угощение с особым усердием.
Моя мама очень заботилась о моем питании по определенным причинам. В детстве в тринадцать лет я переболела анорексией. Хоть у меня заметили ее на ранней стадии и сумели вовремя нейтрализовать, но даже те фрагменты жизни отпечатались в моей памяти и памяти нашей семьи особым черным цветом. Тогда болела я, но вместе со мной чахла и мама, папа же оставался все таким же холодным и невозмутимым. Какой бы истеричкой не была моя мать, но все ее взрывы обосновываются искренней любовь ко мне и волнением за своего единственного ребенка, насчет отца, увы, я не могу такого сказать.
— Мам, а где Яр? — Поинтересовалась, справившись с куском мяса. Старалась говорить тихо, дабы не привлекать к себе лишнего внимания.
— Да он вот прямо перед вами вернулся, угрюмый такой, и сразу ушел в палатку, обронив, что есть не будет и ляжет спать пораньше. — Рассказала мама, наклонившись ко мне поближе.
— Ясно, — пробурчала я. Пока родители разговаривали о всем и ни о чем, я сидела, погруженная в свои мысли, и наблюдала за всполохами огня.
Почему Ярослав проигнорировал еду, хоть не ел весь день? Не из-за того ли, что увидел, как я поцеловалась с Владом? Он же до этого предъявлял на меня свои права и постоянно докучал, пусть и в шутку. А сейчас чуть ли не бойкот объявил, отказавшись от еды. А он ведь парень. Да мне же совесть не даст ночью спокойно спать, если не покормлю его. Поэтому нужно сейчас незаметненько, чтобы потом не отбиваться от глупых вопросов Катерины, набрать еды Яру. Я, конечно, не знаю, что он любить есть, может быть, у него даже аллергия есть на что-нибудь, но уж извините.
