То, что сегодня именуется прошлым, и стало объектом исторического изучения, когда-то было личной жизнью каждого из ветеранов Великой Отечественной войны и трудового фронта. Поэтому не случайно, накануне Дня Победы, возникла необходимость организовать встречу старшеклассников с удивительным человеком, Марией Лаврентьевной Беляковой. Родилась она в 1919 году. Трудовая жизнь Марии Лаврентьевны началась так же, как и у многих миллионов её сверстниц. Деревня, с красивым названием Подхоженские Выселки в 30-е годы несла свой крест в обеспечении страны продовольствием. Их колхоз «Смычка» был в то время в числе передовых, получал хорошие урожаи, имел животноводческие фермы. О достигнутых успехах говорит такой факт: в 1937 году колхозникам выдали по 7 килограммов зерна на трудодень.
Крестьянская привычка трудиться столько, сколько надо, выделяла Марию среди других. Эта на вид хрупкая женщина была из племени некрасовских героинь, которые «коня на скаку остановят, в горящую избу войдут».
Мирной и тихой жизнью жила Мария Лаврентьевна Беликова в родном селе. Было маленькое семейное счастье, маленькие семейные заботы. О доме, о трудоднях, о новых обоях и пластинках к патефону. И за всем этим обыкновенном будничном, мелькающим как спицы в колесе, всё некогда было подумать о большом и главном – о своём месте на земле, о своём месте в жизни.
Но вот грянула война. Безмятежное солнечное утро 22 июня, а после полудня – резкий, сбивающий с ног удар, – речь Молотова…
Старшее поколение помнит слова песни, которые звучали как набат: «Вставай страна огромная, вставай на смертный бой».
Куда-то вдаль отодвинулись маленькие семейные заботы. Над большой семьёй, над Родиной, нависла беда. Решается судьба миллионов Беликовых, Селивановых, Лобимцевых… Быть или не быть нашему счастью.
– Сотни мужчин и парней, – вспоминает Мария Лаврентьевна, – ушли из наших сёл и деревень на фронт. А мы, юноши и девушки, заменившие их у фабричных станков и на полях, не ходили в атаку не взрывали вражеские эшелоны. Мы просто кормили страну и армию хлебом.
Звериное лицо фашизма 22-х летняя Мария увидела в первые месяцы войны. 24 ноября 1941 года со стороны города Новомосковска пришли немцы и заняли их село.
Но предоставим слово тому, кто видел их. Очевидец событий оккупации часто трогает воротничок своей кофточки, словно этот просторный воротничок её душит, и медленно рассказывает:
– Вначале проскакали через деревню ихние мотоциклисты. Потом прошло 6-8 танков, а следом за ними пошла пехота на машинах. Спешили на Серебряные Пруды. К ночи стали на постой. Часть какая-то особая: у каждого солдата по бокам каски нарисованы чёрные молнии. Тут началось такое, о чём вспоминать-то горько и тошно. Всю ночь немцы шастали по дворам, птицу, скотину резали, заставляли стряпать им, по сундукам, по кладовкам шарили, что им было подходящее – забирали. От этого шума на двор было страшно выйти, право слово!
По рассказам ветерана террор начался сразу же. Выявили членов правления, колхозный актив. 27 ноября группу из 21 человека вывели в поле, поставили у скирды и расстреляли. Среди них было 7 активистов села: 3 женщины и 4 мужчины. Их казнили за то, что они не хотели видеть свою Родину на коленях.
Из сообщения Совинформбюро от 12 декабря 1941 года:
«
Мария Лаврентьевна вспоминает, что при бегстве одна из фашистских машин была брошена. В ней находились посылки немецких солдат, которые они не успели отправить адресатам в Германию. Разложив одну из них на снегу, односельчане увидели содержимое: два поношенных детских костюмчика, кукла без ноги и две измятые серебряные ризы с икон…
Раскаты артиллерии доносятся всё глуше, линия боя отодвигается на запад. А в селе уже вновь начинает завязываться жизнь. Оно сразу сбросило с себя оцепенение, ожило, и рассеялись тени кошмара прошлых дней.
И теперь смысл жизни тружеников тыла был в лозунге «Всё для фронта!» Женщины, старики, подростки работали, в основном, вручную, поскольку рабочие лошади, тракторы были мобилизованы на фронт. Приходилось вручную перетаскивать комбайн от скирда к скирду.
Возили зерно в города Венёв и Треполье на оставшихся лошадях и волах. Приходилось делать всё: и молодых тёлок приучали таскать борону (тут она заплакала, видно, вспоминая те, давние слёзы, невыносимые трудности). С утра косами косили траву на сено, а потом шли вязать снопы. Они растили хлеб победы.
