— И как ощущения? — не скрывая улыбки, уточняю у Давида.
Мы сидим с ним на фуд-корте за столиком. Я наслаждаюсь молочно-банановым коктейлем, который заказала, но не осилила Амина, а он неспешно потягивает чай.
Отдыхаем и выдыхаем.
Наша же общая красотка со счастливой улыбкой катается на поезде, совершая уже третий заезд по обширной территории зоны питания.
Позади два с половиной часа походов из бутика в бутик, убитые ноги и несколько битком затаренных покупками пакетов, которые один из охранников Цикала дважды относил в мою машину.
— Незабываемые, — откидывается он на спинку пластикового кресла, криво ухмыляясь краешком губ.
— Не жалеешь?
— Нисколько.
— Значит, ко второму раунду готов? — хитро прищуриваюсь, гоняя трубочкой по стаканчику взбитую пену.
— А что, магазины еще не кончились? — не ведется на мою подначку Давид.
— Не-е, с магазинами мы в завязке, — обещаю не то ему, не то себе. — Я уже без сил.
— Согласен. Тогда, какие планы дальше?
— О, тут уже всё проще и намного легче, — отвечаю улыбкой на улыбку, вновь ловя себя на том, что глаза помимо воли залипают в темном взгляде Цикала.
Блин, Котова, конечно, он шикарен. Ты об этом и раньше знала, но так открыто пялиться… это уже чистое палево. Прекращай!
Одергиваю себя, опуская ресницы.
— Еще полчаса Амина с удовольствием полазает на игровой площадке, — делаю паузу, нагоняя тайны, — а потом в кинотеатр.
— Я присоединюсь? Надеюсь, не успел еще тебе надоесть? — вся беззаботность стекает с лица мужчины, как дождевая вода. — Но если хочешь, уйду. Я вижу, что тебе еще слишком тяжело меня воспринимать спокойно. Нужно время, а я тороплю. Понимаю, Юля. Честное слово, всё понимаю. Но… не могу по-другому. Меня магнитом к ней тянет.
Давид переводит на дочь темно-карий задумчивый взгляд. Жадный. Гордый. И уже любящий.
Да, именно так.
Голову готова дать на отсечение, что Цикал уже всем сердцем любит Амину и сделает всё, чтобы у нее все было хорошо.
— Нет, не хочу, — качаю головой, подтверждая слова жестом. — И, честно говоря, наоборот, собиралась просить тебя побыть с дочерью. Мне нужно отлучиться на пару часов. Но к концу сеанса обещаю вернуться, чтобы всем вместе поесть мороженое. У нас с кудряшкой такой ритуал в конце каждого дня шоппинга.
— Если нужно, конечно, поезжай, — кивает Давид без раздумий. — Мы тебя дождемся.
— Спасибо, постараюсь вернуться пораньше, — благодарю, бездумно покручивая кольцо на пальце. Мне уже не терпится его снять и вернуть законному владельцу.
Глупость, естественно, но на украшение в последнюю неделю будто аллергия появляется: рука так и чешется, а чужая вещь раздражает.
— По работе? — вдруг спрашивает Цикал, отслеживая движение моих рук. — Не будешь против, если охрана тебя сопроводит? Мне так будет спокойнее.
— Не совсем, — отвечаю честно на первый вопрос. — И да, против не буду, — на второй.
Охрана…
Охрана — это хорошо… с ней мне как-то спокойнее.
Не знаю, откуда берутся такие мысли, но… предчувствие дело такое… непредсказуемое.
— Выбирай, на какой фильм или мультфильм мы идем? — останавливаюсь вместе с дочерью перед чередой разноцветных витрин с афишами.
За выбор Амины совершенно не переживаю. Мне вообще всё равно, что там будет транслировать кинематограф: веселую детскую комедию, приключения или же сказку про принцесс.
Главное, это время я проведу со своим ребенком. Наслаждаясь его обществом.
— Ну-у, — забавно тянет кудряшка, наматывая «хвостик» на указательный пальчик и бегая карими глазками от одного рекламного щита к другому, — я бы посмотрела вот этот боевик. Его мальчишки в саду всю неделю хвалили.
Останавливается она возле афиши, на которой двое рисованных сорванцов лет восьми — десяти «дают пять» машинам-роботам.
— Тёма сказал, что полный улёт, а Ванька хвастался, что ему папа его на компьютер уже скачал, — добавляет она, оборачиваясь ко мне. — А тебе что нравится?
— Я доверюсь твоему мнению, — улыбаюсь, слегка удивленный выбором малышки.
С виду такая маленькая, хрупкая и воздушная в своем белом платье в ярко-зеленый крупный горох. На ногах белоснежные носочки с рюшами и балетки на небольшом каблучке. На макушке забавные хвостики, заколотые резинками в виде пушистых гусениц. Шарики разноцветные в руках. Рюкзачок на спине. Очаровательная улыбка. Ямочки на щечках.
Ну вся девочка-девочка. И на тебе, боевик.
М-да, Дав, ничего ты не понимаешь в современной молодежи.
Хмыкаю, удостоверяясь, что мультфильм имеет ограничение 6+, а значит, убийств и расчлененки можно не опасаться.
Ёперный театр, Цикал, ты — отец!
Кайфуй.
Подначиваю себя, чувствуя в душе распирающую гордость.
— Подожди, — дочка сбивает с веселых мыслей и, явно подражая Юле, смешно приподнимает бровки и упирает кулачки в бедра. — Ты что же, в кинотеатр тоже никогда раньше не ходил?
— Ходил, только очень давно, — сознаюсь, любуясь красоткой, которую мне родила и вырастила Котова.
Идеальная.
Вот просто во всем идеальная.
