«Не зайти ли сперва к Никодиму Николаевичу? Вероятно, он уже дома... Мне легче будет начать разговор с Константином Петровичем, зная, в каком он сейчас состоянии».
Никодима Николаевича дома не оказалось. Из его комнаты вышла пожилая женщина, зябко кутающаяся в платок.
— Он еще не вернулся. Хотите подождать?
Нина Павловна поблагодарила, вошла в комнату.
— Садитесь, — пригласила женщина. — Не понимаю, почему брат так задержался?
— Брат?..
Нине Павловне сразу припомнились рассказы Никодима Николаевича о сестре — задушевные, полные преданной любви.
— Я жена Константина Петровича.
— Нина Павловна? — и Александра протянула руки: —Я знаю, вы столько сделали для брата!
— Что вы! Мы привязались к нему, как к родному. Представляю, как обрадовался он вашему приезду.
— Трудно даже представить. До сих пор не решаюсь напомнить, что мой отъезд уже не за горами.
— И вы не можете задержаться?
— Должна быть на месте к началу учебного тода. Я ведь и сюда приехала со своими школьниками. А дорога к нам не близкая, ехать далеко-далеко!.. Сегодня мне нездоровится, и брат вызвался вместо меня присмотреть за ребятами.
— Действительно, у вас нездоровый вид.
— Пустяки. Легкая простуда. В городе такая духота, а у нас в Доме туриста сквозняки... Только брату не надо ничего говорить, а то всполошится... Где же он задержался?
Приподнявшись, Александра выглянула за окно. Увидела глубокий дворовый колодец и улыбнулась:
— До сих пор забываю. В нашем городке дома все больше одноэтажные. Из окошка всю улицу видно.
— А вы не скучаете?
— Нет. Я много работаю.
— А по вечерам? (Навсегда запомнились Нине Павловне тоскливые вечера в том захолустье, где жила до замужества.)
— И по вечерам не скучно. Есть добрые знакомые. В городском клубе бывают концерты, лекции. Раза два в году гастролирует краевой театр. А дома мы с сыном много читаем.
И добавила разъясняюще:
— Я вдова. Сын приехал со мной. Окончил школу, собирается здесь поступать в институт.
— Вы останетесь одна?
— Мы условились, что расстаемся всего на пять лет, и часто будем писать друг другу, и думать всегда друг о друге... Пять лет! Срок, конечно, большой. Но, кто знает, — быть может, летнюю практику сын будет проходить в наших местах. Он собирается стать строителем, а ведь наш Крутоярский край, по существу, — сплошная новостройка...
— А вы не хотели бы переехать сюда, поближе к сыну?
Александра покачала головой:
— Здесь прошла моя молодость... Нет, нынешний Ленинград ничем мне не напоминает петербургскую жизнь. Но я привязалась к сибирским местам. Полюбила суровую, таежную нашу землю. Она не блещет яркостью красок. Быть может, только осенью. Удивительна осенняя окраска тайги... Но и эта земля, и небо над ней, даже самый воздух — все стало для меня родным. Вчера я пыталась объяснить это Константину Петровичу. Он вам рассказывал о нашей вчерашней беседе?
Первое мгновение Нине Павловне показалось очень трудным признаться, что еще не была дома. И все же призналась:
— Это время муж так поглощен работой. Я еще ни разу не приезжала с дачи. А сейчас, приехав...
— Хорошо, что вы приехали, — кивнула Александра.
Нина Павловна тревожно насторожилась. Александра как будто угадала ее состояние:
— Нет, вам беспокоиться не о чем. Я лишь хотела сказать, что эскиз... Константин Петрович показал мне только что законченный эскиз новой картины. Разумеется, мое мнение ничего не решает. Однако Константин Петрович и сам, повидимому, не удовлетворен... В такие минуты хорошо, чтобы рядом был близкий человек.
Нина Павловна слушала с напряженным вниманием. И как бы мягко, ободряюще ни звучали слова Александры, почувствовала горечь: я меньше знаю о муже, чем другие!.. И сразу внутренне заторопилась. Скорее, скорее домой!
Едва успела встать, как пришли Никодим Николаевич и Вася.
— Что за события! — воскликнул Никодим Николаевич. — Только что Зоечку удалось обнаружить на Островах. А теперь видим вас, Нина Павловна!.. Разрешите представить вам молодого человека. Мой племянник и кандидат в ленинградские студенты!
— Хорошо ли было на Островах? — спросила Александра.
— Превосходно! Мы исходили весь парк и даже побывали на репетиции. Да еще на какой! Видел ты когда-нибудь, Вася, чтобы в репетиции участвовала такая уйма народу?
Вася не ответил, отвернулся.
— Отвечай же, — укоризненно сказала Александра.
Нина Павловна воспользовалась неловкой паузой, чтобы уйти. Она прощалась поспешными, случайными словами, но ничего другого сказать не могла.
Никодим Николаевич вышел проводить:
— Как вам понравился мой племянник?.. Правда, иной раз угловат, даже резок. Но это от юности, это пройдет... А Зоечка (вот что значит сельский воздух!) чудесно выглядит. Большой привет от меня Константину Петровичу. Недавно я закончил копию, и это время Константин Петрович меня не занимает.
...Оставшись наедине с Васей, Александра спросила:
— Что происходит? Я не первый день хочу тебя спросить. Почему ты так неприветлив с дядей?
— Я иначе не могу! — ответил Вася, не глядя на мать.
— Но почему?
— Он мне не нравится.
— Дядя тебе не нравится?
