«Другом» Соломон называет тело из-за отношения души к нему. Он говорит, что не следует поручаться за него, то есть удостаивать его жалости, а когда оно должно воздать трудами за добродетель, не нужно позволять ему искать отдыха. Ведь если в аскезе подвизающийся ум начинает несколько сдавать [уступая телу] и [поэтому] ему не найти, [как] воздать [749] логос за добродетель[750], то бесы похищают и те виды аскезы, на которых он покоился, — это ведь и означает постель.
Как говорит пророк Аввакум,
Езекия олицетворяет человеческую природу. Рана на бедре означает закон греха, ибо с бедром соседствуют детородные члены. А
Ириней говорит, что, заставив топор подняться, «пророк явил на деле, что если мы по нерадению утратили крепкое Слово Божие и не находим его, то обретем снова через домостроительство Древа. На то же, что Слово Божие подобно секире, указывает Иоанн Креститель, говоря:
Это число образуется, если ты сложишь все числа от одного до семнадцати — поэтому оно означает, что спасающиеся входят в Царство Небесное через исполнение десяти заповедей и семи действий Святого Духа[759]. Или же оно [означает] тех, кто спасается и удостаивается Царства Небесного благодаря вере во Святую Троицу, надежде на грядущее — ибо число
Сил души существует три: разумное [начало], гневное и пожелательное. Мужи [в словах св. Григория] понимаются как разумное [начало], жены — пожелательное, а змеи — гневное. В грядущем веке эти три силы через познание[763] восстанавливаются. Ради них Господь и принял животворящее страдание и сошел во ад[764].
Слово указывает, чтобы быстрый в делании и в созерцании и в отношении гнозиса[767] стоял перед тремя законами — естественным, писаным и [законом] благодати, дабы, ведбмый ими, он должным образом постиг деятельное, естественное и богословское любомудрие[768].
Справедливо будет полагать, что здесь говорится о единственном истинном праведнике — Господе нашем Иисусе Христе. Так вот, если сказано, что Он в нас упал и поднялся, из человеколюбия восприняв все наше, то наша природа упала семь раз. В первый раз, когда произошло преступление праотца; во второй раз, когда Каин дерзнул совершить кровопролитие, первым изобретя убийство для [человеческой] природы[769]; в третий раз — в поколение Ноя, в котором не пребывал Дух Божий, ибо эти люди были плоть[770]; в четвертый раз, когда возводили башню; в пятый раз — в поколение Авраама, из которого он один ходил пред Богом; в шестой раз — при Моисее: его поколение настолько впало в безбожие, что Моисей был послан Богом, дабы избавить его от такого нечестия; в седьмой раз — в поколение пророков, которое мерой зла превзошло предшествующие поколения. Так вот, как было сказано, наша природа упала семь раз, и Господь, движимый неизреченным человеколюбием, восстановил эту природу, соединив ее с Собою по ипостаси.