Во время разговора я не отводил глаз от ее лица. Оно было очень живым и подвижным. С первого взгляда, как и у всех эльф, в ее внешности внимание привлекали глаза необычного для женщин зеленого цвета. Но когда она говорила, оказывалось, что самая яркая часть лица – ее рот. Он был заметно крупнее, чем обычно у девушек, а губы во время разговора постоянно перетекали из одного выражения в другое: улыбались, опускали или поднимали уголки рта, растягивались, чуть поджимались или приоткрывались, постоянно выражая какую-то эмоцию. Через полчаса ее лицо и мимика так впечатались в мою память, что я мог, закрыв глаза, представить каждую деталь.
Часа за два я узнал многое о ее жизни, в том числе:
– что Лори всего 20 лет;
– она хорошо образована, как, впрочем, все эльфы;
– всю жизнь до последнего времени она провела в закрытой школе, где обучались девочки-эльфы, оказывается таких в мире всего три, а я и не знал;
– она не помнит свою мать (и отца, конечно, тоже), хотя у большинства ее одноклассниц матери регулярно приезжали в школу и забирали их на каникулы;
– кроме нее в классе было еще три сироты, они вместе проводили каникулы, поэтому дружили, но вообще сироты среди эльф встречаются очень редко – эльфы почти никогда не умирают насильственной смертью и всегда заботятся о своих дочерях;
– ее привез сюда сопровождающий, чтобы представить какому-то магу и устроить ее на работу, они должны были ехать в столицу области, а здесь были проездом;
– она сейчас находится в затруднительном положении, потому что ее сопровождающий куда-то исчез пару недель назад, и она не знает, что делать.
Я, в свою очередь, представился выпускником Академии, который приехал на распределение, и, конечно же, попытался утешить Лори и предложить свою помощь. Ее реакция меня удивила. Она вдруг стала серьезной и ответила:
– Я не верю обещаниям. Ты не первый маг, кто обещал мне помощь, но потом все вы куда-то исчезаете.
Я, конечно же, собирался сказать, что я не такой, я честный, белый и пушистый… Тем более, в отличие от обычных девушек-простушек эльфа действительно меня зацепила и была достойным объектом для настоящих страстей. Но тут в мозге у меня что-то сложилось, и я замер на полуслове. Гормоны временно отступили, и у меня случилось короткое просветление мыслей.
***
Итак.
В городке произошло три необычных убийства за две недели.
В городке единственная гостиница. Все, кто приезжает на короткий срок, останавливаются в ней. Убийца тоже, скорее всего, остановился бы в ней, если он не местный.
В этой гостинице живет уже две недели приезжая эльфа, которой в этом городке делать абсолютно нечего.
Эта эльфа охотно знакомится со мной, молодым магом, похожим на предыдущие жертвы убийств.
Ей кто-то из магов обещал помощь и… «вы все куда-то исчезаете».
В моей голове бился вопрос: «Кто она?» – и, как когда-то раньше уже случилось, я отправил
Сейчас читатель, наверное, подумал: «А почему этот гений раньше не начал задавать вопросы, тогда бы он раскрыл дело, не выезжая из столицы?»
Во-первых, в свою защиту я должен сказать, что тогда гений был молод и неопытен. Это был всего лишь второй раз, когда я задавал вопросы магическому
Во-вторых, как я обнаружил чуть позже, вопросы магическому
Но вернемся к нашему разговору с Лори.
Конечно, полученные ответы меня насторожили. Каким-то образом Лори была причастна к убийствам. Дальше можно было или позвать Перинга, чтобы он сам разбирался, или попытаться выяснить что-то самому. Угадайте, какой вариант я выбрал? Конечно же, я начал подробно расспрашивать Лори о событиях, начиная с ее приезда в Брауни.
