Я постояла в прихожей еще какое-то время, как будто они могли появиться снова в любой момент. Потом села на пол, скрестив ноги, и побарабанила пальцами по деревянным дощечкам паркета, следуя за геометрическим рисунком щелей. Интересно, куда делся Клаус? Я встала, прошла по коридору и заглянула в гостиную. Клаус сидел посередине ковра и мыл лапу. Маленькая головка ходила вверх-вниз. Какой же он милый! Может, котик хочет поиграть? Я встала на четвереньки и тихонько поползла в гостиную. Он опустил лапу и повернулся, уставившись на меня круглыми глазищами. Я пригнулась к полу и тоже уставилась на него. В глазах Клауса появилось раздражение, хвост задергался.
Он отвернулся, и я снова поползла к нему. И снова остановилась, когда он на меня посмотрел. Мы играли в «Замри!»: он метал в меня испепеляющие взгляды, потом отворачивался, и я ползла вперед, как жук-скарабей. Но когда я добралась до края ковра, Клаус нервно мяукнул. — Тебе не хочется играть? — разочарованно спросила я, надеясь, что он снова обернется. Но Клаус пару раз махнул хвостом и ушел. Немного обескураженная, я посидела на корточках, а потом решила подняться в свою комнату и позаниматься.
Шагая по ступенькам лестницы, я гадала, во сколько Анна и Норман приедут в аэропорт. Мои мысли прервал Ригель. Он стоял в коридоре ко мне спиной, чуть наклонив голову вниз и рукой опершись о стену. Точнее, он в нее как будто вцепился, чтобы не упасть. Что с ним? Я открыла рот, но не сразу решилась произнести: — Ригель!
Мне показалось, на его запястье напряглись жилы, но он не шевельнулся. Я попыталась разглядеть его лицо и подошла ближе. Под ногами заскрипели старые доски. Теперь я видела, что у Ригеля закрыты глаза.
— Ригель, — осторожно позвала я, — ты в порядке?
— Я в полном порядке, — раздалось злобное рычание, и я чуть не задохнулась, услышав скрежет его зубов.
Я застыла на месте, но не из-за враждебного тона, нет… Остановилась потому, что его ложь была настолько обезоруживающей, что не давала уйти. Я протянула к нему руку.
— Ригель…
Я едва успела дотронуться до него, как сразу отшатнулась. Ригель резко повернулся, его глаза встретились с моими.
— Сколько раз я говорил, чтобы ты не трогала меня? — угрожающе прошипел он.
Попятившись, я тревожно смотрела на него и с досадой осознавала, что его реакция обижает меня сильнее, чем прежде.
— Я просто хотела… — Я замолчала, потому что сама до конца не знала, зачем к нему подошла. — Просто хотела убедиться, что с тобой все в порядке.
В этот момент я заметила, что зрачки Ригеля слегка расширены. В следующее мгновение выражение его лица изменилось.
— Зачем? — Его рот искривился в злобной ироничной ухмылке. На этот раз он перестарался с гримасой, она сильно уродовала его.
— Ах да, я забыл, — быстро добавил он, цокнув языком, будто готовился побольнее меня укусить, — это потому, что ты у нас такая — не можешь иначе.
Я сжала кулаки, чтобы унять дрожь.
— Перестань!
Но Ригель приблизился ко мне. Он возвышался надо мной с улыбкой, которая была и укусом и ядом одновременно, настолько жестокой и безжалостной она казалась.
— Это сильнее тебя, да? Хочешь мне помочь? — язвительным тоном прошептал Ригель, его зрачки были похожи на иголки. — Хочешь… меня исправить? исправить?
— Прекрати, Ригель! — Я снова попятилась, не разжимая кулаки, в которых не было смысла, потому что я слишком хилая, худая и беспомощная. — Мне кажется, ты делаешь все для… — Для?.. — протянул Ригель с издевкой.
— Для того чтобы тебя ненавидели!
«А я особенно! — хотела крикнуть я. — Я, именно я, словно таким образом ты наказываешь меня!»
Как будто я сделала что-то ужасное и теперь заслуживала только его злобы. Каждый укус был наказанием, каждый взгляд — предупреждением. Иногда я думала, что этим взглядом он хотел мне что-то сказать и в то же время прятал невысказанное под острыми шипами других слов. И пока я наблюдала за Ригелем, окутанная его тенью, мне показалось, что в его глазах опять промелькнуло что-то из того, что таилось по ту сторону его личности, и я не должна это видеть. — И ты меня ненавидишь? — голос Ригеля ворвался в мои мысли, усиленный его близостью. Он слегка наклонился ко мне, видимо, чтобы удобнее было истязать свою жертву. — Ты меня ненавидишь, бабочка?
Сломленная его натиском, я пробормотала:
— А ты хотел бы этого?
Ригель сжал губы, потом посмотрел куда-то мне за плечо, а я представляла, как он произносит короткое слово, я знала ответ. Уже слышала резкий выдох, с которым он вытолкнет это слово из груди, как будто это требовало огромных усилий.
— Да.
Я убежала на кухню и оставалась там, пока хлопок входной двери не сообщил мне, что он ушел.
