Насколько я помнила, Ригель никогда не исполнял веселые или праздничные композиции.
В его мелодиях всегда звучало что-то очень печальное, от чего сердце начинало тосковать. На рояль запрыгнул Клаус. Он подошел к Ригелю и принюхался, словно проверяя, знает он этого парня или нет.
Ригель перестал играть, посмотрел на кота, затем протянул руку и схватил его за шкирку, чтобы спустить на пол. Но вдруг его плечи напряглись, пальцы сильнее впились в кота, Клаус пронзительно замяукал, дрыгая лапами. Ригель вскочил и швырнул его за рояль. Бедный кот опрокинул вазу с цветами, и та с грохотом упала на пол. Хрусталь разлетелся на тысячи осколков. Эта жестокая сцена повергла меня в ужас. Гармония была разорвана в клочья слепой яростью,, потрясенная, я бросилась бежать по лестнице. Из гостиной вслед за мной летела волна беспорядочных звуков.
Паника затуманила мой ум, но в памяти неожиданно всплыл давно забытый разговор… — Я его боюсь.
— Кого?
Питер не ответил. Он был застенчивым, тощим и очень пугливым. Но на этот раз его глазки кричали о каком-то другом страхе.
— Его…
Хоть я и была маленькой девочкой, но знала, о ком говорит Питер. Многие боялись Ригеля, потому что он был странным даже на фоне таких ненормальных детей, как мы.
— С ним что-то не так.
— То есть? Ты о чем? — неуверенно спросила я.
— Он злой, — поежился Питер, — устраивает драки и делает всем больно, потому что ему это нравится. Я видел, как он рвет траву — как чокнутый. Он выдергивал ее из земли, как зверь. Он злой, жестокий и может делать только всякие гадости.
— Не бойся его, — успокоила я Питера дрожащим голосом, — ведь ты никогда ему ничего плохого не делал…
— А ты? Разве ты ему что-нибудь плохое сделала?
Я кусала пластыри на пальцах, не находя, что ответить. Ригель часто доводил меня до слез, не знаю почему. С каждым днем наша с ним история все больше походила на легенду, которую нам рассказывали перед сном.
сном.
— Ты его не видишь, — прошептал Питер, чуть ли не плача, — ты его не слышишь, а я… я живу с ним в одной комнате. — Он повернулся, чтобы посмотреть на меня, и выражение его личика меня испугало. — Ты не представляешь, сколько вещей он разорвал на части без всякой причины. Он просыпался среди ночи и кричал, чтобы я ушел. Ты видела хоть раз, как он улыбается?
Видела его ухмылку? Так у нас никто не улыбается. Он чокнутый и злой. Он жестокий, Ника! Нам всем нужно держаться от него подальше.
Глава 12
АКРАСИЯ [2]
«Злой и жестокий» — вот как Ригеля когда-то описали. Такова оборотная сторона человека, который умело манипулирует теми, кого хочет очаровать. Я видела кровь на руках Ригеля, царапины на его лице, ярость в глазах, когда он с кем-то дрался. Он рычал на меня, чтобы я не подходила к нему близко, но его мрачная насмешливая улыбка, казалось, призывала меня поступить иначе.
Он не был принцем — он был волком. Но, наверное, все волки выглядят прекрасными и хорошо воспитанными принцами, иначе Красная Шапочка не дала бы себя обмануть.
Мне придется с этим смириться. Света нет. Нет никакой надежды. С таким человеком, как Ригель, нет. Почему я не могла этого понять?
— Мы готовы! — крикнул Норман снизу.
День их отъезда наступил слишком быстро, и, ставя сумку у лестницы, я вдруг снова почувствовала себя сиротой. Я поймала взгляд Анны и поняла, что грущу, потому что знаю, что не увижу ее до поздней ночи. Уж слишком сильно я к ним привязалась, если даже их недолгий отъезд вызывал у меня чувство брошенности.
— Ну как, продержитесь тут без нас? — обеспокоенно спросила Анна. Ей явно не хотелось оставлять нас одних на целый день, особенно сейчас, на первом этапе усыновления.
Чтобы успокоить Анну, я заверила ее, что время пролетит быстро и, когда они вернутся вечером, застанут нас здоровыми и невредимыми.
— Мы позвоним, когда приземлимся. — Анна поправила шарф, и я кивнула, пытаясь улыбнуться. Ригель стоял позади меня.
— Корм для Клауса в шкафчике, — напомнил нам Норман.
Проходивший мимо кот хмуро посмотрел на меня и прошествовал дальше по своим делам. Анна потрепала Ригеля по плечу, потом взглянула на меня и улыбнулась. От волнения я заправила непослушную прядь за ухо.
— Увидимся сегодня вечером, — ласково сказала она.
Я встала возле лестницы и помахала им на прощание. Дверь закрылась, щелкнул замок, и в доме повисла тишина. Через секунду я услышала звук шагов —Ригель поднялся по лестнице и ушел в свою комнату. Ушел, не взглянув на меня. Я посмотрела на пустую лестницу, обернулась на входную дверь и глубоко вздохнула. Ничего, Анна с Норманом скоро вернутся…
