Возможно, своим вопросом я загнала его в угол и он защищался, но его слова звучали обидно. Я вспомнила, как тащила его на себе по лестнице, как прикладывала ко лбу компресс и сидела рядом. И все это для него — навязанная услуга?
Ригель сжал кулак и стиснул зубы. Затем прошел мимо меня так быстро, как будто ему не терпелось уйти. Меня так сильно трясло, что я сама себя не узнавала.
— Я не должна к тебе прикасаться, но к тебе то же самое не относится, верно? — Я подняла на него яростный взгляд и стянула с шеи платок, сердце кипело, как вулкан. — Это ничего не значит, верно?
Ригель уставился на красное пятнышко у меня на шее, и я поджала губы.
— Это сделал ты, — выпалила я, — когда у тебя была температура. Ты даже ничего не помнишь. Произошло то, чего я никогда раньше не видела: в глазах Ригеля мелькнула искра недоумения, из них исчезла самоуверенность. Красивая маска дрогнула. Взгляд стал холодным, и по его лицу пробежала тень страха. Однако смятение длилось так недолго, что я подумала, что ошиблась. Его глаза снова стали прежними, вернулась деланая улыбка, на этот раз очень жесткая, без малейшего намека на ранимость или хрупкость. Я сразу поняла: Ригель собирается меня укусить. — Значит, я точно был не в себе. — Он усмехнулся, оглядывая меня с ног до головы саркастическим взглядом, а затем цокнул языком. — Ты правда думаешь, что я хотел это сделать с тобой? Мне наверняка снился приятный сон, когда ты меня разбудила. В следующий раз, Ника, не буди меня.
Ригель улыбнулся как дьявол-искуситель и бросил на меня презрительный взгляд. Он привык издеваться и таким образом обозначать границу между собой и мной. Потом он отвернулся, чтобы наконец уйти, и уж точно не ожидал услышать слова, которые сами собой вырвались у меня: — Мне кажется, твоя злоба — это защита. Как будто кто-то когда-то сильно тебя обидел, и теперь ты так защищаешься.
Ригель замер. Мои слова его ошеломили.
Я больше не верила его маске. Чем дольше Ригель ее носил, тем яснее я понимала, зачем она ему: он не хотел показывать свои истинные чувства и мысли.
Язвительный, саркастичный, сложный и непредсказуемый, он никому не доверял. Но дело было не только в этом.
Возможно, однажды я пойму, как устроен замысловатый механизм движения его души, и я смогу разгадать тайну, которая стоит за его словами и поступками.
Однако в одном я была абсолютно уверена: Творец Слез или нет, кем бы ни был Ригель, никто не заставлял так трепетать мое сердце, как он.
Глава 17
СОУС
Мы собирались принимать гостей: на обед из другого города к нам приезжали давние друзья Нормана и Анны.
Когда я об этом узнала, то усилием воли отогнала неприятные мысли и решила во что бы то ни стало произвести на гостей хорошее впечатление.
Я разгладила руками платье, которое было на мне: простое, белого цвета, с коротким рукавом и со сборками на груди. Я посмотрела на свое отражение в зеркале в коридоре и почувствовала, как заныло в животе от непонятного волнения. Я не привыкла видеть себя такой — наряженной, причесанной и чистенькой, как куколка. Если бы не пластыри на пальцах и не перламутровые глаза, я себя не узнала бы.
Пряди распущенных волос прикрывали шею. След за несколько дней уже побледнел, но лучше не рисковать.
— Ох, ну и жарко сегодня! — послышался женский голос в прихожей. — У вас здесь ни облачка, ни ветерка!
Приехали Оттеры. Говорившая женщина была одета в красивое кобальтово-синее пальто. Анна сказала мне, что ее подруга — портниха. Они радостно расцеловались.
— Мы поставили машину на подъездной дорожке, не страшно? Джордж переставит, если она мешает.
— Все в порядке, не волнуйся. — Анна взяла из рук подруги шляпу.
Они пошли через прихожую рука об руку, и миссис Оттер коснулась запястья подруги.
— Анна, как дела? — спросила она вкрадчиво.
Анна нежно сжала ее ладонь, и я поняла, что она смотрит на меня. Миссис Оттер пока меня не заметила. Когда они наконец остановились передо мной, Анна с улыбкой произнесла:
— Далма, это Ника.
Сдерживая волнение, я улыбнулась и сказала:
— Добрый день!
Миссис Оттер не ответила. Стояла, приоткрыв рот, в замешательстве. Затем она часто заморгала и повернулась к Анне.
— Я не… — казалось, она не может подобрать слова, — как…
Растерявшись, я тоже посмотрела на Анну, но в следующий момент миссис Оттер посмотрела на меня с новым изумлением. Казалось, она только сейчас поняла, кто я такая. Рука Анны все еще лежала на ее руке.
— Извините меня, — сказала она торопливо, — для меня это такая неожиданность. — Ее губы дрогнули в застенчивой и слегка недоверчивой улыбке. — Привет, — прошептала она сердечно. Не помню, чтобы кто-нибудь когда-нибудь так меня приветствовал. Казалось, она погладила меня по щеке, не прикоснувшись. Как приятно чувствовать на себе такой ласковый взгляд!
Я обрадовалась и решила, что своим белым платьем произвела на гостью хорошее впечатление.
— Джордж, — позвала миссис Оттер, махнув рукой, — иди сюда!
