— Для работы нам потребуется альбом, в который будут заноситься данные о растениях и животных исследуемой местности. С помощью «Определителя растений» мы должны выяснить, представители каких видов и семейств встретятся нам во время поисков. Затем на развороте альбома вычерчивается специальная схема. Для этого в нижней трети листа…
Толкачев не мог подавить зевок. Его взгляд скользил по точеным ногам и развевающимся гривам застывших в сумасшедшем галопе лошадей. Он думал о предстоящей поездке в деревню. Ее осуществлению препятствовало летнее задание по биологии. Мальчик попытался сосредоточится. Панкратова продолжала:
— …проводим горизонтальную линию, обозначающую поверхность земли. Далее сажаем на нее иденти… идентифицированные растения. Начинаем с самых высоких деревьев, а дальше ступеничками — ниже, ниже… Кустарники, травы, грибы. Запомните, надо изобразить и то, что расположено под землей – корни, грибницы. Кстати, чуть не
забыла – каждую страницу альбома необходимо обвести рамочкой, отступив от края листа не более, чем на пять миллиметров.
Четыре затуманенных взора скользили по спартанскому интерьеру комнатушки. Барышева потянулась, прогнув спину:
— Ладно, Танька, с рамочками позже разберемся. Мы всё поняли. Что-то я сегодня не выспалась.
— Панкратова, Наталья Александровна сама участки распределила?
— Нет, Светка, выбираем мы.
— Есть идея! — азарт, сверкавший в глазах Барышевой, разогнал сонливую апатию. — Значит, мы должны изобразить все, что есть на земле и под землей — грибочки, ягодки, корешочки?
— Да, — Панкратова тряхнула увенчанной тяжелыми косами головой.
— Теперь представьте, открывает ботаничка альбом, а там — сосенки, березки, ромашки, и, вдруг, чуть ниже – человеческие черепа! Она звереет, наливается желчью. А мы спокойно так, с невинностью во взоре: перед вами одна из неотъемлемых частей данного биоценоза. Мы не считаем возможным утаивать ее наличие. Вот это прикол!
— За такой прикол мы получим кол!
— Серега стал поэтом, с чего, скажите, это? Пойми, формально к нам не придерешься – когда скелеты были
трупами, они удобряли почву, формируя биоценоз. От них растения стали пышными и буйными…
— Сама ты – буйная… И где эти кости – на кладбище? — чуть помедлив поинтересовался Ивойлов.
— Биоценоз кладбища – венки, лопаты, могильщики… — перебила его Светка Панкратова.
Все рассмеялись.
— Можно сказать и на кладбище. Но не на простом, а том самом, которое для самоубийц.
— Барышева, это кладбище – легенда. Все знают, что оно было где-то здесь, но где конкретно? Или предлагаешь весь район перелопатить, пока чей-нибудь череп не отыщется? — Толкачев поднялся со стола и подошел к окну. — Смешно все это.
— Не скажи. Помните мою прапрабабушку, которая прошлым летом умерла? Перед смертью она рассказала, где самоубийцы лежат.
— Твоя прабабка давно из ума выжила, — заметила Акулиничева.
— Потому и рассказала.
— Ну и где оно?
— Знаете рощу у автобусной остановки? Там, где она переходит в пустырь и есть то самое место.
— Я каждый день мимо в школу хожу – и ничего…
— А ты, Петр Васильевич, думаешь, там указатель должен висеть — «До первой могилы 150 метров»?
— Не похоже это место на кладбище!
— Конечно. Иначе его бы запросто нашли. Когда прапрабабушка была молодая, чуть старше нас, ее подруга отравилась от несчастной любви…
— Вот глупая! — фыркнул Ивойлов. На него зашикали.
— Девушку похоронили, как собаку, без отпевания, вдалеке от церкви. Прапрабабушка жалела ее и потому несколько раз на могилу цветы приносила. Носила, пока не увидела синего-синего мертвеца на виселице – глюк у нее такой сделался. Больше она подружку не навещала.
— Слушайте, в роще и правда есть старые качели, которые весьма смахивают на виселицу. Я, когда маленький был, боялся туда ходить.
— Барышева все выдумала. Никакое это не кладбище – просто заброшенное место культурного отдыха. Там еще огороды поблизости разбили, — перебила Петю Акулиничева.
— Ребята, не спорьте… — Танька Панкратова, слывшая миротворцем, вмешалась в разговор. — Есть там кости или нет, для нас не важно. Мы, прежде всего, должны думать о нашем задании. Вика предложила хорошее место для нашей работы – достаточно обособленное и, к тому же, близко расположенное. Я – за.
— И на качелях покачаемся вволю, — поддержал девочку Ивойлов.
— Ладно, жалкие скептики, я для вас череп собственными руками вырою.
— Копай, Барышева, копай. Мы на этом месте картошку посадим, — съехидничала Светка Акулиничева.
Находится в замкнутых коробках жилищ, когда за стенами долгожданное лето уже вступило в свои права, было преступлением. Наспех собравшись, новоявленные исследователи покинули душную квартирку Тани Панкратовой.
